Независимые комиссии по Сараево и Сребренице: Геноциду в Боснии подверглась правда

С окончания кровопролитной гражданской войны в Боснии и Герцеговине (БиГ) прошло более четверти века, однако дискуссии о ней становятся все более ожесточёнными. Запад — при помощи Гаагского трибунала по бывшей Югославии — настойчиво продвигает собственный нарратив: «во всём виноваты исключительно сербы, а мусульмане-бошняки – единственные и невинные жертвы этой войны». Затем этот тезис распространяют мировые СМИ. 

Масштабную попытку остановить эту лавину лжи предприняли независимые международные комиссии: первая исследовала сербские жертвы гражданской войны 1991–1995 годов в Сараево, вторая – жертвы всех народов в районе Сребреницы. Впервые их доклады опубликовали в июле 2021 года, а 6 октября в Москве прошла уже вторая международная конференция, посвящённая этим объёмным документам. 

Её организаторами выступили кафедра сравнительной политологии МГИМО и Международный институт развития научного сотрудничества (МИРНаС), поддержку оказали Балканский клуб и Сербское землячество МГИМО, Республиканский центр по исследованию войны, военных преступлений и поиску пропавших без вести лиц в Баня-Луке (Республика Сербская, БиГ), а также Русский дом в Белграде. 

Модерировала конференцию известный балканист, доктор политических наук, профессор МГИМО и президент МИРНаС Елена Пономарёва. По мнению эксперта, выводы независимых международных комиссий по Сараево и Сребренице стали «приговором Гаагскому трибуналу», фактически созданному для демонизации сербов. Профессор Пономарёва также напомнила, что на днях официальный представитель МИД РФ Мария Захарова в интервью изданию «Файненшл Таймс» порекомендовала Западу ознакомиться с результатами работы этих комиссий. Их заключения, по мнению Елены Пономаревой, — это информационное оружие против геополитических противников России.

Запад запрещает говорить о причинах преступлений в БиГ

Как профессор Пономарёва, так и другие участники конференции отмечали, что уже через несколько дней после обнародования докладов комиссий уходящий Высокий представитель по БиГ Валентин Инцко своим единоличным решением внёс в Уголовный кодекс страны ответственность за «отрицание геноцида». 

По словам директора Республиканского центра по исследованию войны, военных преступлений и поиску пропавших без вести лиц при правительстве Республики Сербской Милорада Коича, это привело к тому, что теперь адвокаты в БиГ не могут защищать своих клиентов, поскольку их самих могут обвинить в нарушении нового закона. 

Ещё одним последствием «закона Инцко» стал фактический запрет для академических институтов и учёных исследовать события и приговоры, — ведь и против них может быть выдвинуто обвинение. Наконец, подобное решение делает невозможным пересмотр уже вынесенных приговоров, даже несмотря на наличие опровергающих обвинения фактов. С другой стороны, стало нельзя инициировать судебные процессы против военных преступников, которые избежали наказания и в Гааге, и в Сараево. Одним из них является, к примеру,  палач сербского населения Сребреницы Насер Орич.

По словам Милорада Коича, правительство Республики Сербской (РС) априори приняло выводы независимых комиссий (хотя в случае Сребреницы они были болезненны для сербов и РС) и не вмешивалось в их работу. Этот факт подтвердили и члены комиссий, принявшие участие в конференции. 

«Мы не отрицаем преступлений, которые сербы совершили по отношению к другим народам, тем же бошнякам. Но мы не согласны с характеристикой этих преступлений в качестве ”геноцида”» – подчеркнул Коич.

По словам известного сербского юриста-международника, бывшего координатора защиты Радована Караджича, Слободана Милошевича и Воислава Шешеля в Гаагском трибунале Горана Петрониевича, в ходе гражданской войны в Боснии и Герцеговине геноциду подверглась правда, — и это касается всех народов БиГ. 

Юрист рассказал, что Гаагский трибунал даже не скрывал того, что рассматривает исключительно преступления, совершённые сербами. 

«Мы доказывали, что отдельные такие преступления стали ответом на действия бошняков. Однако нам официально запретили об этом говорить, и Трибунал рассматривал только последствия, отказавшись расследовать причины», – подчеркнул Петрониевич.

Комиссия по сербским жертвам в Сараево: основная работа ещё впереди

Несмотря на то, что современное общество живёт в мире нарративов, задачей комиссии было отнюдь не создание собственного нарратива, но объективное представление фактов: на этом сделал акцент экс-профессор востоковедения Белградского университета и опытный сербский дипломат, работавший в Ватикане, Турции и при ЮНЕСКО, Дарко Танаскович.

Он обратил внимание на два вывода комиссии: во-первых, ни одна сторона конфликта в БиГ не может быть выставлена его единственным инициатором. Во-вторых, в этой стране имела место именно гражданская война, а не внешняя агрессия. А поводом для этой войны стало решение мусульманских политиков маргинализировать сербов и вытеснить их из политической жизни. «Референдум о суверенитете и независимости Боснии и Герцеговины 1 марта 1992 года стал casus belli. Международное сообщество и бошняки во всём винят сербов, но проведение референдума в столь разделённой стране вообще было преступлением», – считает Танаскович. Он отметил, что конфликт в БиГ фактически так и не завершился, и едва ли не самую большую психологическую травму тогда получили именно сараевские сербы.

Это подтвердил и французский член комиссии по Сараево Патрик Барриот, полковник в отставке, эксперт по военной медицине и медицине катастроф с многолетним опытом работы во всем мире, включая бывшую Югославию. 

Его исследования выявили, что у изгнанных из столицы Боснии сербов на протяжении десятилетий сохраняется посттравматический синдром, который передаётся следующим поколениям. 

«Столь сильная травма меняет экспрессию генов, и её влияние на следующие поколения может быть не только психологическим, но и биологическим, что доказали потомки жертв Холокоста», – отметил французский эксперт.

Раны, оставшиеся от войны, за ночь не заживают, но можно хотя бы перестать сыпать на них соль, говорит Барриот.

 «Главное – признать сербские жертвы. Только так сербское население БиГ может восстановить собственное достоинство. Сербы имеют право на справедливость, ведь до сих пор большинство преступлений против них не признавались: центральные власти БиГ их скрывают. В Сараево не позволяют вести поиски сербских захоронений. В городе регулярно совершаются акты вандализма в отношении сербских могил, церквей и домов. А преступников власти не ищут», – перечислил он.

Французский эксперт также обратил внимание на то, что в Сараево до сих пор нет ни одного памятника сербским жертвам, а сербы лишены возможности реституции своей собственности в городе. 

«В дни государственных праздников БиГ разжигают ненависть к сербам. Это делают как власти, так и общественные организации и СМИ Боснии и Герцеговины. Всех сербов объявляют преступниками. Война продолжается», – констатировал Патрик Барриот. 

В любом случае, доклад комиссии по сербским жертвам в Сараево в 1991–1995 годах является лишь началом работы, и экспертам предстоит собрать ещё множество фактов. «Надеемся, что это произойдёт, и изгнанные из своих домов в Сараево сербы восстановят своё достоинство» – отметил участник конференции, специалист по новейшей истории стран бывшей Югославии, научный сотрудник Института славяноведения РАН Георгий Энгельградт

Сребреница: военные преступления и преступления против человечности, но не «геноцид»

Пожалуй, самым ожидаемым событием конференции было выступление члена комиссии по Сребренице Стивена Мейера — бывшего высокопоставленного сотрудника ЦРУ, который в 1990-е годы занимал должность замначальника Межведомственных балканских оперативных групп (BTF), работавших в штаб-квартире организации. Важно, что именно американский эксперт озвучил вывод о том, что атака Армии Республики Сербской на Сребреницу была легитимной военной акцией.

«Во всех так называемых зонах безопасности ООН, в том числе и в Сребренице, были мусульманские военные. Об этом знали все, и ЦРУ неоднократно об этом предупреждало. Анклав был легитимной военной целью [Армии РС], ведь оттуда регулярно нападали на сербов. Нелегитимными были последующие действия. Я говорю про ужасные преступления — казни и т.п., и мы прямо об этом сообщили в докладе. Но главная проблема в том, что при подсчёте жертв в Сребренице не делалось различий между военными и гражданскими лицами», – отметил Мейер.

Он подчеркнул, что Гаагский трибунал действовал предвзято и концепция справедливого суда на нём не была реализована, поскольку защищали исключительно мусульман.

«В Сребренице были совершены военные преступления и преступления против человечности, — но не геноцид. Все эксперты комиссии считают, что эти события не соответствуют критериям Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него (принята Генеральной Ассамблеей ООН в декабре 1948 года – прим Б.). Я прямо об этом заявлял, и мои друзья в Республике Сербской даже опасались, что меня могут арестовать за эти слова», – заявил Стивен Мейер.

В июле 1995 года Армия РС эвакуировала из анклава Сребреница по запросу ООН более 20 тысяч мирных жителей. При этом значительная часть бошняков, — которых, согласно утверждению мусульманской стороны, якобы «казнили сербы», — была убита в ходе боев. Их нельзя относить к гражданским лицам, так как они вели боевые действия. Об этом сообщила Мария Джурич, профессор анатомии медицинского факультета Белградского университета, которая с 1998 года работала на раскопках массовых захоронений жертв конфликтов как судмедэксперт. 

Эксперт отметила, что цифра 7692 — именно столько насчитали «погибших и пропавших без вести в Сребренице бошняков» для Гаагского трибунала — является приблизительной и не отображает количества реально найденных останков. Определить же точное число убитых мусульман сложно, поскольку часть тел была перемещена в другие могилы. По оценкам Джурич, точно говорить можно говорить о 1772 казненных, а общее их число определенно не превышает трех тысяч. 

Между выводами Гаагского трибунала и заключением комиссии по Сребренице есть два принципиальных отличия, подчеркивает Джурич. Во-первых, в Гааге не делали различий между жертвами из числа гражданских лиц и убитыми военными (последних записывали в мирные жители). А во-вторых, всех убитых считали «казнёнными», — хотя от 4 до 5,5 тыс. военнослужащих 28-я мусульманская дивизия Насера Орича, прорывавшаяся к Тузле, потеряла именно в ходе боёв. Их тела находили в могилах и просто в лесу в зоне прорыва, вдали от Сребреницы, отметила эксперт.

Все выступающие обращали внимание на исключительную объективность двух докладов, составители которых опирались на широкую базу источников. Горан Петрониевич даже выразил надежду, что итоги работы комиссии по Сребренице будут использованы для пересмотра уже вынесенных приговоров Гаагского трибунала. По его словам, «именно выводы комиссии, а не решения Трибунала, являются шагом к примирению в БиГ».

Впрочем, как отметил модератор второй части конференции, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН Александр Пивоваренко, до окончательного примирения стране еще далеко.

«Через 25 лет после окончания Второй мировой войны канцлер Германии Вилли Брандт уже приносил извинения польскому народу.
Но в Боснии и Герцеговине события 25-летней давности актуальными остаются», – подчеркнул учёный. 

По его мнению, здесь на смену «классической» войне пришла война памяти, а у истоков ее стоит желание Запада полностью втянуть регион в НАТО. Последней преградой на этом пути остается непреклонная позиция сербского народа. После публикации докладов комиссий боснийские сербы, пожалуй, впервые с 90-х получили сигнал, что они не одни в своей борьбе за правду и достоинство. 

Обложка: EPA

© 2018-2021 Балканист. Все что нужно знать о Балканах.

Наверх