Русский отец сербского «Микки Мауса»: в Москве представили югославское наследие художника Ивана Шеншина

В последний день ноября в Доме русского зарубежья имени А. Солженицина открылась очередная выставка в рамках проекта «Русские в Сербии» — «Алексей и Иван Шеншины. Ученый и художник». На экспозиции впервые в России представлено творческое наследие русского художника-графика, карикатуриста и комиксиста Ивана Ивановича Шеншина (1899-1944) и его брата, профессора Белградского университета, агробиолога и климатолога Алексея Ивановича Шеншина (1891-1954).

Если в анонсе фигурирует слово «комикс», сразу становится ясно, что здесь не обошлось без профессора Белградского университета Ирины Антанасиевич. Именно она на протяжении последних примерно десяти лет просвещает нас, россиян, по части русского комикса в межвоенной Югославии. Когда Ирина Николаевна только начинала свою просветительскую миссию, ей приходилось буквально с боем доказывать здешним «мастерам культуры», что комикс — это полноправный вид искусства, на Западе уважительно называемый «графический роман». Помогло то, что многие из героев профессора Антанасиевич – и Юрий Лобачев, и тот же Шеншин — серьезно занимались адаптацией русской и мировой литературной классики. 

irina antanasievich
Ирина Антанасиевич

Теперь, после нескольких опубликованных в России книг Ирины (одна из них была напечатана недобросовестным издателем без ее согласия, но это отдельная история), после выставок в Русском зарубежье, как обзорных, так и посвященных конкретным комиксистам, можно наконец признаться: комиксы про супергероев Лобачев тоже рисовал. 

А Шеншин был главным художником сербского журнала «Мика Мышь» — это в хорошем смысле нахальный плагиат у Диснея. В одном из первых номеров журнала сербский мышь (или все-таки «мыш»?) Мика даже встречается с американским Микки, и заокеанский брат ему не очень нравится. А еще сербский Мика отправился в Африку помогать местным жителям в их антиколониальной борьбе (эти развороты как раз представлены на выставке). 

komiks shenshina mika mysh 1

А еще на одной из обложек журнала Мика накануне православного Рождества жарит на вертеле свинью. Но эту обложку делал не Шеншин, а кто-то из его сербских коллег. 

Почему именно русские художники оказались способны адаптировать пришедший из Америки и Франции жанр к югославским культурным реалиям? Не будем отнимать хлеб у Ирины Николаевны, она как раз подробно разъясняет этот вопрос всем интересующимся всеми возможными способами: в книгах и статьях, на лекциях и выставках, в социальных сетях. Кстати, здесь Ирина Антанасиевич тоже впереди планеты всей, ее страничка в LiveJournal, где она невероятно увлекательно рассказывала о жизни в Сербии, о сербских традициях и обычаях, о судьбах русской эмиграции, появилась в те еще временна, когда Марка Цукерберга больше всего волновал несданный зачет по физкультуре.    

legendarnaya oblozhka s zharenoj svinej
Легендарная обложка комикса с жареной свиньей

Еще одна отличительная черта всех проектов, к которым была причастна Ирина Антанасиевич, состоит в том, что она никогда не подгоняет материал под заранее придуманную концепцию. Скажем, начав заниматься Юрием Лобачевым именно как художником-комиксистом, она столкнулась с удивительной историей его семьи. Отец художника был консулом Российской Империи в различных городах на Балканах, в частности, в Косово. Сам Юрий Павлович стал активным членом Союза советских патриотов, участвовал в партизанском движении, а после конфликта Тито и Сталина в 1948 году эмигрировал из Югославии сначала в Румынию, где рисовал карикатуры на Тито для коминформовской газеты «За прочный мир, за народную демократию», а затем и на историческую родину, в СССР. Можно ли эту удивительную судьбу — историю целого рода — вместить в одну выставку, формально посвященную комиксам? Выясняется, что это вполне возможно, было бы желание.

Столь же сложная история с Иваном Шеншиным. Три года назад в распоряжении Ирины Антанасиевич не было даже фотографии этого человека: только имя, фамилия и тот факт, что родом он из Пензы. И что мог состоять в родстве с поэтом Афанасием Фетом. За три года кропотливой работы выяснилось, что у очень интересного художника был не менее интересный брат-ученый. Что семья была не из последних в Пензе и внесла существенный вклад в развитие города. И что с Фетом они пусть и дальние, но родственники. Все эти материалы нашли свое место на экспозиции, открывшейся в Доме русского зарубежья. Ничего не отброшено, ничто не сочтено малозначительным. Как и в случае с семейством Лобачевых, начав с комиксов, карикатур и детских книжек, создатели выставки вскрывают огромный, мощный культурно-исторический пласт.

pervaya monografiya o shenshine avtor zdravko zupan
Первая монография об Иване Шеншине. Автор Здравко Зупан

Здесь нельзя не упомянуть сотрудников Дома русского зарубежья, которые выступили полноправными соавторами Ирины Антанасиевич. Это, прежде всего, Марина Юрьевна Сорокина, заведующая отделом истории Дома русского зарубежья. Поверив когда-то в перспективность исследований Ирины Николаевны, она сделала Дом русского зарубежья и домом для русского межвоенного комикса. Что очень важно, как человек с широчайшим научным кругозором, Марина Юрьевна с самого начала поощряла и поддерживала междисциплинарность исследований Ирины и ее сербских коллег, выход их работы и за территорию «истории искусства», и за территорию чистой «биографики». 

komiks shenshina starik hottabych
Комикс И. Шеншина «Старик Хоттабыч»

За визуальную составляющую выставки ответственна сотрудница Дома русского зарубежья Дарья Жмылева, и ее работа также заслуживает отзывов исключительно в превосходной степени. В рамках подготовки выставки про Юрия Лобачева перед ней стояла задача на сравнительно небольшой площади разместить огромное количество экспонатов, иллюстративного материала, семейных реликвий (наподобие чудом сохранившихся шляпы и гитары художника). 

На выставке про Шеншиных проблема прямо противоположная – есть номера журналов, издававшихся Иваном Шеншиным, есть переснятые оттуда развороты, есть старые фотографии, любезно предоставленные пензенскими музейщиками и пензенской областной библиотекой им. М.Ю. Лермонтова. Но нет очевидной оси, вокруг которой экспозицию можно было бы выстроить. Нет у нас по-прежнему и хороших, крупных и четких портретов Ивана и Алексея Шеншиных.

В этой ситуации центральным объектом экспозиции (хочется писать это слово с большой буквы — Объектом) становится уникальная фотография братьев Шеншиных в их усадьбе под Пензой, сделанная, видимо, незадолго до эмиграции: им хотелось увезти с собой интерьер родного дома. При этом камера установлена так, что, если очень постараться, в старом мутноватом зеркале можно разглядеть силуэты самих братьев. 

Ирина Антанасиевич в шутку назвала это фото «первым русским селфи». На самом деле здесь аллюзия скорее на классический фильм Ридли Скотта «Бегущий по лезвию бритвы». Кто видел, тот помнит, что в этой ленте сыщику, чтобы понять и поймать оказавшихся вне закона киборгов-апатридов, приходилось долго всматриваться в фотографии интерьеров, которые те всюду с собой таскали, с надеждой, что в попавшем в кадр зеркале могло отразиться что-то важное. 

foto usadby shenshinyh

Не этим ли занимаются и все историки русской эмиграции? Мы до рези в глазах всматриваемся в фотографии, на которых зачастую и нет ничего, кроме интерьеров, и пытаемся угадать, что эти анфилады в дореволюционных усадьбах — или наоборот, нищие каморки в Стамбуле и Констанце — значили для людей, когда-то их населявших? Что они принесли туда? Что унесли оттуда с собой в Ойкумену русского рассеяния?.. 

В общем, выставка у Ирины Николаевны и ее соратников из Дома русского зарубежья получилась не только информативной, не только местами забавной – всё-таки комикс есть комикс — но и глубоко философской. 

Очень советуем выставку посетить. Работает она до 15 января 2022 года.  

Никита Бондарев,
кандидат исторических наук, доцент РГГУ

Обложка: фото с сайта Дома русского зарубежья      

                   

© 2018-2022 Балканист. Все что нужно знать о Балканах.

Наверх