Политический кризис в Молдове: как западные кураторы Майи Санду борются за полноту власти

Молдову накрывает политический кризис: президент страны Майя Санду пытается распустить парламент и оказывает давление на   Конституционный суд, который уже трижды оспаривал решения лидера. Попытаемся разобраться, чем это все грозит Молдове.

Предыстория вопроса

31 декабря премьер-министр Ион Кику ушёл в отставку, чтобы дать возможность переформатировать правительство и парламент после президентских выборов. 

Вступившая в должность президента Майя Санду инициировала консультации с политическими партиями, во время которых была поднята тема роспуска высшего законодательного органа страны. Глава государства отказалась выдвигать кандидата в премьеры и настаивала на самороспуске парламента. С соответствующим запросом она обратилась в Конституционный суд, который, в свою очередь, не признал законным роспуск парламента. 

Вторая конфликтная ситуация возникла, когда Санду выдвинула кандидатом на пост премьера экс-министра финансов Наталью Гаврилицу. Законодатели большинством голосов отказались поддержать ее кандидатуру (тогда же было сформировано парламентское большинство Партии социалистов и партии «Шор»). Депутаты предложили сделать премьером бывшего министра финансов Марианну Дурлештяну. Однако президент решила иначе: она повторно выдвинула кандидатом Гаврилицу. 

Партия социалистов направила обращение в Конституционный суд с просьбой разрешить конфликт, обвинив Санду в попытке узурпировать власть. Судьи и на этот раз вынесли решение не в пользу президента, признав незаконным указ Санду о повторном выдвижении на премьерский пост Гаврилицы.

В начале марта лидер потерпела уже третье по счету поражение от КС. Речь идет об обращении, которое было направлено еще в январе, где Санду спрашивала судей по поводу возможности признать неконституционной часть Закона о кабмине, которая запрещает производить перестановки, назначать или заменять министров, а также запрещает правительству в отставке заключать международные соглашения. Но попытка Санду заменить ушедшее в отставку правительство социалистов на своё собственное провалилась.

Консультации с парламентскими фракциями Санду возобновила лишь 16 марта. Тогда стало известно, что Марианна Дурлештяну отказывается от предложения формировать правительство. Сразу после этого Санду выдвинула на пост премьера кандидатуру Игоря Гросу, с конца 2020 года возглавившего партию «Действие и солидарность». 

22 марта КС Молдавии наконец признал законным приказ Санду о выдвижении в премьеры Гросу. Но фракции, контролирующие большинство депутатов парламента Молдавии, заявили об отказе поддержать его кандидатуру.

В пятницу, 26 марта, Санду пригласила депутатов обсудить роспуск законодательного органа после того, как они дважды отклонили предложенную ею кандидатуру на пост премьер-министра. Конституция отводит парламенту две попытки на утверждение кабмина. Если обе не увенчаются успехом, президент может обратиться в КС с просьбой признать парламент недееспособным и инициировать его роспуск. Но депутаты настаивают, что это условие не применимо к ситуации, в которой президент блокирует процесс, предлагая на пост премьера кандидатов без согласования с парламентским большинством. 

Сейчас Санду требует скорейшего проведения внеочередных парламентских выборов. Депутаты же согласятся на это только после формирования нового правительства. Ситуация — патовая. 

Корреспондент «Балканиста» пообщался с экспертами, чтобы выяснить, каковы глубинные причины нынешнего политического кризиса в Молдове и к чему он может привести.

«Прозападный узурпатор»

Председатель молдавского отделения «Изборского клуба» Владимир Букарский считает, что причина и сущность нынешнего кризиса в Молдове – в намерении нового президента Майи Санду и стоящих за ней западных покровителей узурпировать власть в стране и устранить со своего пути силы, выступающие за более взвешенную внешнюю политику и сотрудничество с Россией. 

«Цель Санду – любой ценой спровоцировать новые досрочные парламентские выборы, на которых её партия, как ей представляется, получит большинство мест в парламенте. Всё это происходит на фоне резкой вспышки заболеваемости COVID-19 при отсутствии массовой вакцинации населения в стране. При этом Санду и её команда с порога отвергают любые попытки поиска компромиссов», — отметил он.

«Санду — у меня язык не поворачивается назвать её президентом Молдовы — представляет интересы тех сил, которые её привели к власти: коллективного Запада, глобалистских кругов и транснациональных корпораций. Тех, кто стремится вернуть Молдову в пространство Intermarium, или Балто-Черноморскую дугу – совокупность американских сателлитов в Восточной Европе, активно противостоящих России. Молдова, оказавшись слабым звеном в этой конструкции, выпала из неё в 2016 году, когда победу на президентских выборах одержал Игорь Додон, сторонник дружбы с Россией. Сейчас Запад активно пытается вернуть Молдову в свои стройные ряды. Надо отдать должное: в течение четырёх лет они готовили свой реванш в Молдове, и подготовили его хорошо», — не сомневается он.

В то же время Молдова традиционно находится на пересечении интересов более сильных держав — Румынии, Украины, Турции, Китая, арабских стран, обращает внимание эксперт. «Но главное противостояние здесь между Западом и Россией», — убежден он.

Букарский прокомментировал и разные варианты развития ситуации в Молдове.

«Первый вариант – спокойная работа государственных органов вплоть до очередных парламентских выборов, которые должны состояться в 2023 году – уже нереален. Санду и её западные кураторы будут продолжать раскачивать ситуацию, добиваясь своих целей. Второй вариант – проведение досрочных выборов летом или осенью этого года. Он более реален и возможен, если будет достигнут компромисс относительно даты новых выборов. И третий вариант, к которому Санду активно подталкивают её западные кураторы и ближайшее окружение, – это дестабилизация по майданному сценарию. Таким проверенным путём они надеются быстро захватить власть в свои руки и расправиться с противоборствующим политическим лагерем», — считает он.

Что касается «приднестровской проблемы», Букарский не сомневается, что Санду и стоящий за неё коллективный Запад полны решимости ликвидировать Приднестровье.

«Им необходимо любыми путями вытеснить Россию из региона. Мне представляется, что основной упор будет сделан не на военную операцию (это вызовет отпор со стороны Москвы и развяжет Кремлю руки), а на экономическое удушение региона, у которого отсутствует общая граница с Россией, и на расширение всевозможных санкций в отношении руководства и крупного бизнеса этого региона», — указывает он.

В то же время эксперт подчеркивает, что национальные меньшинства Молдовы крайне недовольны политикой новой власти.

«Они прекрасно знают, кто такая Санду и какие люди входят в её команду. Представители ближайшего окружения президента  известны своими крайними ксенофобскими взглядами, которых они даже не считают нужным скрывать. Например, экс-министр здравоохранения Молдовы, ныне — советник Санду по вопросам здравоохранения Алла Немеренко (уличённая в фальшивом дипломе) обвинила представителей национальных меньшинств, — которых, по ее словам, ”Молдова приняла с теплом и прижала к груди”,  — в нежелании учить ”божественно красивый язык коренного населения”. Подобные взгляды не являются чем-то экстраординарным для сторонников Санду – свою ненависть к “пришельцам” они открыто высказывают в социальных сетях. Призывы к “оккупантам” “убираться в Сибирь” — самое мягкое, что они себе позволяют. В разряд “пришлого” населения они заносят гагаузов, болгар, русских старообрядцев, живущих на этой земле сотни лет», — пояснил он.

Собеседник добавил, что ситуация вокруг нацменьшинств будет ухудшаться, так как попытки ущемления их прав уже начали предприниматься.

«В частности, Конституционный суд отменил Закон о функционировании языков на территории Молдовы, согласно которому у русского был статус языка межнационального общения. Согласно определению КС, единственным официальным языком на территории Молдовы может быть только румынский», — обозначил он.

В подобной ситуации эксперт допускает, что повторить судьбу Приднестровья может автономное территориальное образование Гагаузия, — если власти захотят ее ликвидировать, если будут приняты решения о присоединении к Румынии (то есть ликвидации независимого Молдавского государства) или вступлении в НАТО (ликвидация нейтрального статуса Молдовы). 

«Но, думаю, что при всём авантюризме у правительства Санду в обозримой перспективе хватит ума не предпринимать такие самоубийственные шаги», — заключил он.

Предыдущие прозападные элиты провалили экзамен

Директор Института социально-политических исследований и регионального развития, бывший замминистра иностранных дел Приднестровской Молдавской Республики Игорь Шорников, в свою очередь, подчеркивает, что в Молдове – «этом маленьком и бедном государстве, — давно уже всё поделено». 

«На протяжении практически всех лет независимости Молдовы политический кризис там не заканчивается. С годами он только обретает новые формы и смыслы. Суть проблемы в том, что страна геополитически контролируется Западом, но население в большинстве своем сохраняет лояльность России. Грубо говоря, такой народ не отправишь воевать под Сталинград против русских. Задача молдавских элит в том, чтобы поддерживать прозападный политический курс и обеспечивать постепенное переформатирование бессарабской многонациональной идентичности под антироссийские (в нашем случае — румынские) образцы. Молдавская элита проявляла чудеса изобретательности, но со своей задачей справлялась. Проблемы начались в 2014 году, после присоединения Крыма к России и начала т.н. “Русской весны”. Запад тогда по сути возобновил холодную войну против России, и в этой войне должны были участвовать все западные сателлиты. Однако в 2014 году в Молдове был зафиксирован небывалый всплеск пророссийских настроений. Возникла реальная угроза ухода Молдовы в российскую орбиту. Для молдавских элит это оказалось чем-то вроде проваленного экзамена. Вся их работа с массовым сознанием населения, под которую Запад на протяжении лет предоставлял многомиллионные гранты, оказалась халтурой», — пояснил он. 

Стоит отметить, что сама Россия оказалась вовлечена в региональные процессы в 1992 году — во время вооруженного конфликта на Днестре. 

«Это произошло вопреки воле президента Ельцина. В зоне боевых действий оказались расположения 14-й советской армии. После оформления распада СССР Россия, как правопреемник, должна была взять армию под свою юрисдикцию, но как только она на это пошла, ей пришлось сначала разъединять воюющие стороны, а потом — вот уже почти 29 лет — осуществлять миротворческую миссию. Москва поначалу пыталась как можно скорее покинуть регион, вывести свои войска и ликвидировать склады с вооружениями. Однако развитие политических процессов на европейском континенте — в частности, неправомерное расширение НАТО на Восток — заставили Москву переосмыслить свое военное присутствие здесь. Сейчас миротворческая миссия на Днестре является ключевым фактором обеспечения стабильности всего региона. Между тем, Россия в последнее десятилетие ведет достаточно последовательную работу по развитию интеграционных процессов на пространстве СНГ. И для Молдавии двери в ЕАЭС и ОДКБ остаются открытыми. Однако в Москве не готовы вступать в прямое столкновение с Западом в борьбе за Молдову, полагая, что евразийский выбор должен быть осознанным решением народа и элит», — указал он.

Как считает эксперт, именно поэтому концепция политики ЕС в отношении Молдовы сменилась с «истории успеха» — когда Молдова ставилась в пример другим странам «Восточного партнерства» — на концепцию «украденного государства». Были выявлены некоторые схемы обворовывания страны, тем самым был запущен маховик нового политического кризиса, подчеркивает Шорников. Главное, что внимание населения Молдовы удалось переключить с внешнего периметра – ожидания новых побед России, — на внутреннюю ситуацию, указывает он. 

«Вместе с тем, на смену прозападным функционерам типа Плахотнюка и Филата была подготовлена команда в лице “принципиальных и честных” прозападных политиков — Майи Санду и Андрея Нэстасе (бывший вице-премьер — прим. ред.). С 2015 года этот тандем настойчиво продвигался во власть при поддержке посольств США, Румынии, отдельных европейских стран и Делегации ЕС в Молдове. На парламентских выборах 2019 года  ACUM — блок партий Майи Санду и Андрея Нэстасе — получил треть мест в высшем законодательном органе страны. Летом 2019 года, после выдворения из Молдовы Владимира  Плахотнюка (экс-депутата  — прим. ред.), которого к тому времени уже открыто называли хозяином Молдовы, Майя Санду при поддержке своих прямых конкурентов с левого фланга — Партии социалистов РМ — возглавила правительство, а осенью 2020 года выиграла президентские выборы, победив лидера Партии социалистов РМ Игоря Додона», — добавляет он.

Эксперт подчеркивает, что Санду — а точнее, ее западным кураторам — нужна вся полнота власти в Молдове. 

«В парламентской республике для этого нужно контролировать парламент. Поэтому Майя Санду активно провоцирует досрочные выборы. Ради достижения этой цели она даже готова нарушить Конституцию, хотя обязана быть ее гарантом. Угроза импичмента со стороны парламента ее даже вдохновляет.  В настоящее время в Молдове только Майя Санду обладает легитимностью. Она пользуется поддержкой внешних партнеров Молдовы, она способна вывести на улицу своих сторонников и убрать парламент и временное правительство. Действующий состав парламента и Конституционный суд, с участием которого сейчас решаются все процедурные вопросы, дискредитированы и по сути не обладают легитимностью. Им остается только тянуть время в надежде, что Санду допустит ошибки, которые обрушат её рейтинг», — уверен он.

При этом эксперт подчеркивает, что Майя Санду – целиком американский проект. 

«Ее трудовая биография в чем-то напоминает становление Михаила Саакашвили. Не теряя связей с органами власти своей страны, она многие годы проработала в западных структурах. По своему менталитету она — полностью западный человек, утративший связи не только со своим народом, но и отчасти — со старыми молдавскими элитами. Поэтому она без сомнений и колебаний будет выполнять ту программу, которая разработана  американцами», — отметил он.

В то же время главным политическим игроком, который борется за влияние в Молдове, Шорников называет Румынию.

«Румыния старательно позиционирует себя проводником интересов ЕС и США, но не особо скрывает собственные  территориальные амбиции. Бухарест не просто пытается использовать западную мощь в своих интересах, он на протяжении десятилетий проводит дорогостоящую политику румынизации Молдовы, а также приграничных районов Украины, — считает он. — Украина же свои позиции ключевого регионального игрока почти не использует. Только в период президентства Виктора Ющенко Киев попытался внести свою лепту в разрешение молдово-приднестровского конфликта, но тот опыт оказался неудачным. Сейчас в регионе Киев действует в фарватере ЕС и США. Поэтому между Санду и президентом Зеленским, судя по их январской встрече, царит полное взаимопонимание».

В то же время Шорников считает, что предсказывать ход ближайших внутриполитических событий в Молдове — дело неблагодарное. 

«В Кишиневе работают несколько политических штабов, разрабатывая различные многоходовки. При этом сценарии постоянно меняются в зависимости от ситуации. Жару в огонь добавляют западные послы, которые пытаются влиять на ситуацию. Но, учитывая логику развития внутриполитического процесса, можно предположить, что еще до конца 2021 года в Молдове появится не только новый парламент, но и функциональное правительство, которые будут контролироваться президентом Майей Санду. То, что происходит в Молдове сейчас, похоже на торговлю молдавских элит с Западом. Решается вопрос, кто и на каких условиях займет место на политическом олимпе Молдовы», — рассказал он.

Что касается Приднестровья и дальнейшей судьбы региона при новой власти, Шорников допускает, что в 2022 году действующий переговорный механизм может прекратить свое существование, — правда, если Майя Санду сможет захватить  всю полноту власти в Молдове.

«С 2005 года Кишинев и Тирасполь, при помощи посредников и наблюдателей (ОБСЕ, Россия, Украина, США и ЕС), пытаются в формате “5+2” решать вопросы социально-экономического характера, которые должны облегчить жизнь в Молдове и Приднестровье. Продолжать диалог в этом ключе Майя Санду не желает. Для нее существует две проблемы – российское военное присутствие и “коррупция” в Приднестровье, под которой она понимает экономическую деятельность республики. Поэтому “5+2” может остаться без работы. Переговоры будут вестись непосредственно с Россией — о порядке ликвидации ее складов с боеприпасами, которые служат для Москвы одним из оснований для содержания своего воинского контингента на Днестре. А что касается Приднестровья, то против него, при содействии Украины, Румынии, ЕС и США, будет развернут комплекс блокадных мер с одновременным предъявлением политических требований. Но сначала из региона должны уйти русские», — считает он.

Шорников подчеркивает, что никто из региональных игроков не заинтересован в возобновлении боевых действий на Днестре. 

«Пока в регионе находятся российские военные, никто даже не станет заявлять о вероятности силового давления на Приднестровье. Просто потому, что такие заявления и угрозы будут повышать ценность миротворческой операции и не позволят России покинуть регион. Напротив, пока Россия здесь, Кишинев и его западные кураторы будут культивировать атмосферу мира, стабильности и безопасности. Российское военное присутствие на Днестре не отменяет возможности экономического давления на Приднестровье, но делает бесперспективным предъявление Тирасполю политических требований», — заявил он.

Эксперт также затронул и проблему ущемления прав национальных меньшинств в Молдове.

«Молдова создавалась в 1991 году буквально как второе румынское государство. Были даже идеи назвать это государство ”Румынская Республика Молдова”. То есть сразу после распада СССР эта республика должна была войти в состав Румынии. Этому помешал конфликт на Днестре. Форсированной ”унири” (так называется присоединение Трансильвании к Румынскому королевству 1 декабря 1918 года, завершившее формирование Великой Румынии, — прим. ред.) не получилось. Национал-радикалам, чтобы удержать власть, пришлось пойти на компромиссы с национальными меньшинствами в языковом законодательстве и в сфере образования, а гагаузам —предоставить автономию.  В последние годы в Молдове снова началось новое наступление на русский язык. Для болгар, гагаузов, русских и даже для многих молдаван он остается основным средством общения. Майя Санду в бытность министром образования в Молдове сделала изучение русского языка необязательным в школах. Став президентом, она старается не делать резких заявлений по языковой проблеме, но люди из ее команды выступают с крайне националистических позиций. Это, безусловно, вызывает напряжение в обществе», — добавляет он.

Впрочем, Шорников полагает, что пока существует неурегулированный конфликт с Приднестровьем, Кишинев не может позволить себе подавить Гагаузскую автономию или создать законодательные ограничения в использовании русского языка. 

«Это создает крайне негативный фон для урегулирования и противоречит европейским нормам в области защиты прав национальных меньшинств. Но люди, которые приходят во власть с Майей Санду, не знают, что делать с Приднестровьем. Оно им не нужно, а потому и считаться с мнением приднестровцев и  каким-то образом заигрывать с Тирасполем  они не собираются. Поэтому в вопросах соблюдения прав меньшинств нельзя исключать каких-то неадекватных действий властей», — сказал он.

Что касается дальнейшей судьбы Гагаузии, Шорников подчеркивает, что автономия сделала свой выбор в 1994 году, пожелав оставаться частью Молдовы. 

«На деле гагаузы даже большие патриоты Молдовы, чем многие молдаване. Среди молдаван растет число сторонников присоединения к Румынии, а для гагаузов это неприемлемо. Пока Молдова — независимое государство, их права, в том числе в языковой сфере, хоть как-то защищены. А в составе Румынии никто с их правами уже считаться не будет. Гагаузы говорят, что в случае “унири” они будут вынуждены объявить о своей независимости. Но мне кажется, что они сами не верят в успех такого предприятия», — резюмировал он.

Время работает против Санду

Эксперт Института Русского зарубежья (Москва), член правления Информационно-образовательного фонда «Стратегия Приднестровья» Игорь Иваненко обратил внимание на то, что Республика Молдова уже более двух месяцев живёт без полноценного правительства. 

«Кризис вызван непримиримой борьбой Майи Санду с крупнейшей парламентской фракцией Партии социалистов. Лидером этой ныне оппозиционной партии является экс-глава Молдовы Игорь Додон. После прошедших в ноябре 2020 года президентских выборов правительство социалистов ушло в отставку. Однако представленное новоиспечённым президентом новое не получило ни одного голоса в свою поддержку со стороны парламентариев. Во многом это стало следствием действий самой Санду, добивающейся роспуска парламента и внеочередных выборов законодательного корпуса. Однако парламентское большинство в ближайшее время явно самораспускаться не собирается и предлагает президенту новую кандидатуру премьер-министра. По действующей конституции, глава государства должен представлять кандидатуру председателя правительства по итогам консультаций с парламентскими фракциями. Тем не менее замечать кандидата, предлагаемого парламентским большинством (54 депутата из 100), у Санду явно в планах не было», — рассказал он.

Иваненко подчеркивает, что политический вопрос номер один в Молдове сейчас звучит так: может ли быть распущен парламент, которому не дана возможность назначить новое правительство? 

«Майя Санду смогла одержать победу на президентских выборах благодаря впечатляющей поддержке избирателей.  Во втором туре она набрала почти 58% голосов. Большой вклад в её победу внесла зарубежная диаспора – молдавские гастарбайтеры, разъехавшиеся по разным странам Европы. Избиратели Санду – это преимущественно молодые люди, которые хотят быстрых изменений: победы над коррупцией, стремительной евроинтеграции, экономического подъёма. Эта категория людей как быстро увлекается, так и стремительно разочаровывается в своих кумирах. Поэтому время работает против Санду, чем и пользуется парламентское большинство», — сказал он.

Эксперт убежден, что нынешний законодательный корпус, скорее всего, не проработает до 2023 года, когда планово истекают его полномочия. Он полагает, что социалисты дождутся времени, когда рейтинги президента просядут, и тогда уже пойдут на внеочередные выборы. Парламентская трибуна уже сейчас активно используется для критики Санду и её ставленников в исполнительных органах власти, добавил он.

«Ядро сторонников Санду составляют приверженцы интеграции с Румынией, да и сама она воспринимается как прорумынский политик. Показательно, что первым иностранным лидером, который посетил Кишинёв после президентских выборов, стал глава Румынии Йоханнис Клаус», — отмечает он.

По словам Иваненко, русскоязычное население, к которому принято относить все этнические меньшинства, настороженно относятся к новому президенту, так как в бытность министром образования Санду имела отношение к отмене обязательного изучения русского языка в школах и закрытию многих русских учебных заведений.  

В то же время и Гагаузская автономия, и населённый преимущественно болгарами Тараклийский район Молдовы подавляющим большинством голосов поддержали на минувших выборах лидера социалистов Додона. 

«Санду уже сделала ответный ход, не включив главу Гагаузии Ирину Влах в состав обновлённого Совета безопасности республики. Гагаузы с тревогой ожидают дальнейших действий  президента против их автономии, поскольку централизованная унитарная республика — общепризнанный идеал прорумынских политических сил. Румыния ведь имеет именно такой тип государственно-территориального устройства», — заявил он.

В условиях политической турбулентности официальному Кишинёву явно не до Тирасполя, считает Иваненко. 

«Свой первый зарубежный визит Санду нанесла на Украину, и в этом многие усматривали пролог ужесточения блокадных действий против Приднестровья. Однако в отношениях между Кишинёвом и Киевом достаточно проблем, препятствующих их тесному сближению. На днях глава приграничного украинского города Рени предъявил ни много ни мало территориальные претензии к Молдове и потребовал платы за пользование землёй под единственным молдавским портом на реке Дунай. Соответствующий суд обещает быть жарким, поскольку процесс обмена рядом территорий между Украиной и Молдовой —молодыми постсоветскими республиками — оформлен надлежащим образом не был. Тему территориальных претензий к Молдове наверняка будут использовать оппозиционные украинские партии», — рассказывает он.

Иваненко подчеркивает: республика находится в очень уязвимом положении. 

«Выборы 2020 года продемонстрировали этнополитическую фрагментацию Пруто-Днестровского региона. За Санду голосовали преимущественно жители центрального, однородно-молдавского региона. Социалистов наиболее активно поддержали гагаузские и болгарские муниципалитеты на юге и районы с большим количеством славянского населения на севере республики. Русскоязычные Бельцы — второй по величине город Молдовы — поддержали своего градоначальника и лидера “Нашей партии” Ренато Усатого. Важно отметить, что и Бельцы, и болгарская Тараклия, не говоря уже о Гагаузии, ранее ставили вопрос о расширении своего самоуправления. Недавний социологический опрос показывает, что возглавляемые указанными политиками партии составят костяк нового парламента, если внеочередные выборы пройдут совсем скоро. Но если вдруг противостояние президента и парламента выйдет за рамки правовых процедур, нельзя исключать, что данная электоральная география может наметить новые линии раскола в и без того политически раздробленной Бессарабии», — подытожил он.

© 2018-2021 Балканист. Все что нужно знать о Балканах.

Наверх