В середине апреля Украина решила оказать Албании гуманитарную помощь в размере 10 млн гривен (около 340 тыс евро), несмотря на то, что бюджет страны и без того трещит по швам в последние годы. Что интересно, помощь является целевой: она направлена на восстановление страны после землетрясения. Было оно, правда, 26 ноября. 

Чем мотивирован сей запоздалый жест?

«Нестарый» друг

Для начала стоит совершить экскурс в развитие отношений между Украиной и Албанией. 

Тирана признала независимость Украины 4 января 1993 года, через две недели между двумя странами были установлены дипломатические отношения. И только спустя шесть лет тогдашнего украинского посла в Греции Юрия Сергеева МИД Украины назначил ещё и посланником в Албании. Впервые визит в Тирану высокопоставленный представитель украинского внешнеполитического ведомства (а им стал представлявший Киев на Балканах замгоссекретаря МИД Игорь Харченко) совершил только 25 января 2002 года (то есть спустя 9 лет со дня установления дипотношений). 19 апреля того же года Тирану посетил и сам министр иностранных дел Анатолий Зленко. Тогда было парафировано соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве, содействии и взаимной защите инвестиций.

Для торговых отношений двух стран наиболее удачным стал 2007 год: товарооборот составил 104 млн долларов США. Активно на албанский рынок тогда работали «Лукойл-Украина», занимавшейся поставкой не только нефтепродуктов, но и российской (!) нефти, Черновицкий машиностроительный завод, производящий резервуары для углеводородов; сталелитейные предприятия «Криворожсталь» и «Запорожсталь», а также Запорожский завод металлоконструкций и «Стальканат». А вот основу албанского экспорта составляли товары, которые Украина и сама поставляла в другие страны (продукцию чёрной металлургии, растительное масло и зерновые культуры).

В дальнейшем товарооборот снижался. Например, в последний год перед Евромайданом он составил всего 29 млн долларов США, из которых 28 млн приходилось на украинский экспорт. Дальше торговые отношения между Украиной и Албанией практически сошли на нет, Тирана нашла более дешёвую сталь, нежели украинская.

«Дружба против»

22 февраля 2018 года Киев посетил глава албанского внешнеполитического ведомства Дитмир Бушати. Из перечня дежурных фраз пресс-служб о развитии двусторонних отношений интерес представляют слова благодарности главы МИД Украины Павла Климкина за присоединение Албании к антироссийским санкциям. При этом Климкин подчеркнул, что это «особо ценно с точки зрения того, что Тирана – член Североатлантического альянса и претендент на вступление в Евросоюз» (правда, как известно, процесс евроинтеграции Албании снова был приостановлен).

К слову, премьер-министр Албании Эди Рама, также являющийся и главой албанского МИД, в настоящее время занимает пост председателя Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе. Миссия ОБСЕ занимается мониторингом ситуации на Донбассе. Интересно, что в разгар пандемии коронавируса кто-то распустил фейк о том, что ее руководитель, личный представитель действующего председателя ОБСЕ Анджей Каспршик, ввиду опасности подцепить инфекцию, решил миссию приостановить (впрочем, вскоре Каспршик информацию опроверг). Однако слух возник не на ровном месте. Каспршик помимо Донбасса курирует зону карабахского конфликта. Вот там он свою наблюдательную миссию на время пандемии коронавируса как раз и свернул. Видимо, боевые действия между Азербайджаном и Нагорным Карабахом, то  вспыхивающие, то снова затухающие, ОБСЕ менее интересны, чем война на Донбассе. Это понятно. Так же, как ясно, кого мониторинговые миссии и там, и там делают виноватыми в нарушении режима прекращения огня. 

Поэтому почему бы и не расценивать запоздавшую помощь Тиране в борьбе с последствиями прошлогоднего землетрясения как своего рода взятку за «правильный мониторинг»?

Кто кому «больший друг»

Но ещё и один нюанс. В начале апреля Россия оказала масштабную помощь в больше с эпидемией Covid-19 Сербии. Так почему бы не считать неожиданно нахлынувшую на Киев щедрость в отношении Албании действиями «в пику» Москве?

Большинство украинцев, как показывают многочисленные социологические исследования, мало интересует, что происходит за пределами их страны. Многие  вообще с трудом себе представляют, где находится эта самая Албания. Но если преподать это определённой части населения как помощь стране, «противостоящей поползновениям дружественной москалям Сербии в Косово», да и к тому же стремящейся, как и Украина, в Евросоюз, уже будучи членом НАТО, — выходит совершенно другой оборот. 

Правда, заявить украинскому народу о том, что мы помогаем «албанским братьям» в борьбе с коронавирусом, для официального Киева было бы чревато всплеском возмущения масс (они и так бурлят, постоянно грозясь устроить власти очередной Майдан). А вот помощь в борьбе с последствиями ноябрьского землетрясения — благовидный, хотя и не совсем логичный повод. 

Конечно, говорить о том, что все друзья Киева уже помогли Албании ликвидировать последствия землетрясения, не стоит. Как и о том, что природное бедствие произошло не вчера и не позавчера, а в прошлом году.  

Кстати, от землетрясений на Балканах страдают (не считая всё той же Сербии) также член Евросоюза и НАТО Хорватия, не столь давно присоединившаяся к Североатлантическому блоку Черногория, а также Босния и Герцеговина. Как знать, может и они станут объектами украинской щедрости? Надо же показать братские отношения с ними…