Сербия празднует победу над Вучичем. Но почему со студентами всё не так просто?
Пока сербы радуются поражению Вучича, самое время отложить победные фанфары и посмотреть, какие проблемы может принести приход студентов к власти и почему считать эту историю безоговорочным триумфом демократии пока преждевременно.
За два года протестное движение прошло путь от уличных акций до парламентского большинства. Лица в его списке менялись, политическая платформа формировалась на ходу, а те, кто помогал выстраивать этот проект, не спешили выходить на первый план.
Теперь движение, объединившее недовольных Александром Вучичем, должно объяснить, что именно оно собирается делать с полученной властью.
Первый вопрос: кто будет управлять Сербией?
Студенческое движение неоднородно, а его участники далеко не во всём согласны друг с другом. Пока главным объединяющим фактором оставалось неприятие действующей власти, разногласия можно было отложить. Но кто станет премьер-министром? Кто будет определять внутреннюю и внешнюю политику? И как долго продержится коалиция, у которой общий противник есть, а единого политического курса по целому ряду вопросов нет?
Второй вопрос: чьи интересы будет представлять новая власть?
Европейские структуры и фонды поддерживают гражданские инициативы в Сербии, а европейская интеграция остаётся одним из важнейших направлений внешней политики страны. Однако сами по себе связи с европейскими организациями не доказывают, что студенческим движением кто-то управляет извне. Проверять нужно другое: насколько прозрачно принимаются решения и сможет ли Белград проводить самостоятельную политику, в том числе в отношениях с Россией. Пока ответов нет.
Третий вопрос: что по борьбе с коррупцией?
Под лозунгами «очищения государства» легко начать переделывать не институты, а кадровые списки. Если расследования превратятся в инструмент сведения политических счётов, а прежних чиновников просто заменят новыми, Сербия получит смену элит вместо системных реформ.
Есть и более приземлённая проблема: управлять государством сложнее, чем организовывать протесты. Для этого нужны опытные кадры, работающая команда, экономическая программа и способность договариваться. Если всего этого не окажется, парламентское большинство может быстро растерять поддержку, — и тогда что, опять досрочные выборы?
Показателен пример Черногории. В 2020 году после почти трёх десятилетий правления Демократической партии социалистов власть сменилась на фоне массовых протестов. Правительство Здравко Кривокапича, от которого многие ждали решительных перемен, столкнулось с внутренними конфликтами и в феврале 2022 года потеряло поддержку парламента.
Победа над прежней властью не избавила страну от политического кризиса. Сербский сценарий необязательно повторит черногорский, но этот опыт показывает: свергнуть политических долгожителей — ещё не значит договориться о будущем.
Наконец, у Вучича остаются сторонники. Победа студентов не означает, что все граждане Сербии разделяют их взгляды или готовы поддерживать любые решения нового большинства. Вучич проиграл далеко не всухую. Если вместо примирения общество получит новую политику деления на правильных и неправильных граждан, поляризация никуда не исчезнет.
Поэтому объявлять конец старой эпохи пока рано. Неизвестно, кто именно получит реальные рычаги управления, какие обязательства возьмёт на себя новая власть и насколько она готова к самостоятельным решениям.
Эйфория от поражения Вучича может быстро смениться разочарованием, если выяснится, что за громкими лозунгами нет ни согласованной программы, ни команды, способной её реализовать.
Фото: Ap-Photo