Внимание, прикованное к рабочему визиту Президента России Владимира Путина в Белград, оказалось явно избыточным. 700 журналистов из 160 мировых сми ожидали чего-то большего, чем просто подписание очередных соглашений на общую сумму менее полумиллиона евро между нашими странами. Они, как и элиты стран Запада, очень внимательно следили за главным с их точки зрения вопросом – готовности Александра Вучича прийти к компромиссу по вопросу Косово с президентом России. Но, как говорят в таких случаях, ситуация уже ушла. То, что казалось возможным еще в прошлом году, теперь выглядит откровенной фантастикой. В конце 2018 года в Косово началась явная односторонняя эскалация – визит лидера непризнанной республики Хашима Тачи в сопровождении спецназа в населенный сербами север края продолжился объявлением о преобразовании сил полиции в полноценную армию, что прямо противоречило резолюции 1244 Совета Безопасности ООН (правда, кто теперь на неё обращает внимания), и закончилось введением 100-процентной пошлины на все товары из Сербии – следствием чего стала угроза гуманитарной катастрофы в сербских анклавах. На таком фоне сложно даже говорить о каком-либо «разграничении» — модели Александра Вучича, согласно которой Белград и Приштина обменялись бы территориями. Тем более, что албанонаселённые общины Прешево, Буяновац и Медведжа находятся прямо на магистральном пути главного европейского транзита А1 – дороги из Берлина в Афины. Мало кому в Европе в сложившейся ситуации хотелось бы даже один километр своей главной автострады передавать в состав полупризнанного бандитского образования. Впрочем, и позиция России в вопросе признания Косово остаётся бескомпромиссной – Владимир Путин прекрасно понимает, что, если можно было Косово, то почему нельзя будет, например, Якутии? Вопрос опасного международного прецедента, актуального далеко не только для Сербии, и границ применения «права наций  на самоопределение».

Как для рабочего визита, всё прошло с большой помпой и как по нотам. Возложение цветов у памятника советским солдатам-освободителям Белграда, церемониальное подписание двадцати с лишним соглашений в разных областях от энергетики до космонавтики, переговоры в узком и расширенном составах, торжественный приём для представителей российского и сербского бизнеса, наконец, встречи с Председателем Президиума соседней Боснии и Герцеговины, большим другом России Милорадом Додиком и Патриархом Сербской Православной Церкви Иринеем – все это было одинаково важно и прогнозируемо для двусторонних отношений. Ключевой же вопрос развития и выхода на новый уровень сотрудничества между Москвой и Белградом – энергетические проекты «Газпрома» — зависят от Болгарии как страны-транзитера углеводородов «Турецкого потока» и даже, преимущественно, её кураторов в Вашингтоне и Брюсселе. С Софией уже был негативный опыт 2014 года, когда без объяснения причин Болгария вышла из проекта «Южный поток». Альтернативой получения доступа российскому газу в Сербии является развитие атомной энергетики, и участие в визите главы Росатома Алексея Лихачева в этой связи особенно ценно. Проекты по развитию железно-дорожной инфраструктуры, в которые Россия вложит еще более 200 миллионов евро, конечно, важны, но особую актуальность будут иметь только в случае реализации большой энергетической стратегии на Балканах.

Пока же нужно просто понимать, что Сербия, особенно в сложившейся ситуации является для Москвы ключом к решению части европейских проблем. А в условиях нарастания санкций это особенно ценно.

Олег Бондаренко,

Директор Фонда прогрессивной политики    

https://iaccenters.com