fbpx
Now Reading
Партизанскими тропами вокруг Баня-Луки

Партизанскими тропами вокруг Баня-Луки

Юлия Станевская

«Стоит ли взять резиновые сапоги?» — думаю я и смотрю на экран смартфона. Тропинка, отмеченная на карте, называется «Пут банялучког одреда», что означает «Путь банялучского отряда». По этой тропе почти восемьдесят лет назад ходили югославские партизаны. Из книг и фильмов я знаю, на что похожи партизанские тропы. Живо представляю себе, как бойцы продираются сквозь лесную чащобу, переходят вброд горные речки. Едва заметная тропинка карабкается вверх по крутому склону и ныряет в овраги. Да, если не резиновые сапоги, то горные ботинки здесь точно понадобятся.

Я уже какое-то время живу в Баня-Луке, столице Республики Сербской. Мне очень нравится город и его жители. Я уже посмотрела крепость Кастел, Храм Христа Спасителя, мечеть Ферхадию и другие достопримечательности. Много раз ходила по пешеходной Господской улице, гуляла по живописным дорожкам вдоль реки Врбас. Заходила в маленькие магазинчики и лавочки, которых полным-полно в Баня-Луке. 

Бросаю взгляд в угол комнаты, где возвышается пирамида из пакетов и коробок с обновками. И как я все это повезу?! С шоппингом, кажется, пора завязывать. С фирменными банялучскими чевапами и пивом тоже. Все эти вкусные вещи совсем не полезны для фигуры. Буду вести здоровый образ жизни и больше двигаться.

Здоровый образ жизни в Баня-Луке вести легко. Местные жители очень спортивны. На улицах постоянно встречаешь бегунов и велосипедистов. А на берегах Врбаса кроме беговых дорожек есть еще тренажеры и теннисные корты. Изучив карту, я увидела, что окрестные холмы покрыты сетью пешеходных тропинок. Обожаю прогулки на природе! Бросаю взгляд в окно. Холмы подступают совсем близко к городу и выглядят очень нарядно: ярко-зеленые в белый горошек. Белые «горошки» — это цветущие яблони, которые растут не в заброшенных садах, а прямо в лесу, среди буков и елей. С гор тянет свежестью и запахом цветов. Решено, отправляюсь гулять по партизанским тропам.

От центра города до начала подъема от силы сорок минут пешком. Путь лежит по окраинным районам, которые застроены частными домами. Замечаю мечеть. Потом еще одну. А вот необычное соседство: бок о бок мечеть и церковь, буквально в десятке метров друг от друга. Некоторые  исламские храмы, несмотря на скромный вид, являются историческими памятниками. Например Ступничка мечеть XVI века.

Сто пятьдесят лет назад семьдесят процентов жителей Баня-Луки составляли бошняки-мусульмане. Во времена социализма сюда приехали и люди других национальностей, но особенно сильно национальный состав поменялся в девяностые. Из города уехала почти треть населения (преимущественно бошняки). Сейчас сербы составляют тут около девяноста процентов горожан. Бошняки же живут в юго-западной части города. Они показались мне приятными, доброжелательными и, судя по одежде, не особо религиозными. Вспомнилось, как здешняя приятельница угощала меня домашним салом со словами «Попробуйте! Сосед Мустафа уже пробовал, и ему очень понравилось». Я поинтересовалась вероисповеданием соседа. Собеседница засмеялась: «Мусульманин, конечно! Но сало очень любит».

Прохожу большое мусульманское кладбище. Оно отличается от тех, которые я видела в нашем Дагестане или в Средней Азии. Все могилы ухоженные, памятники в хорошем состоянии, высажены цветы. На некоторых надгробиях вместо исламского полумесяца изображены пятиконечные звезды. Есть и исторические захоронения. В небольшом мавзолее покоится турецкий адмирал Халил-паша, умерший в конце XVI века. У нас в это время правил Иван Грозный. Правда, с Халил-пашой он повоевать не успел: был занят войнами с польским королем и крымским ханом. В конце жизни адмирала отправили в Баня-Луку управлять Босанским пашалыком, поэтому его могила оказалась так далеко от моря.

Дорога резко поворачивает влево. Потом вправо. И вот я уже стою в начале «Пути банялучского отряда». Резиновые сапоги не нужны. Это ясно. За последние семьдесят лет здесь все изменилось. Партизанская тропа превратилась в широкую асфальтовую дорогу, а холм, куда она взбирается, стал лесопарком. Теперь это любимое место отдыха горожан.

По дороге гуляют десятки людей всех возрастов. Неспешно плывут пожилые пары, периодически отдыхая на скамеечках. Спортсмены, сосредоточенно пыхтя, трусят вверх и потом с облегчением сбегают обратно. С шумом и свистом несутся велосипедисты. Их главная забота не задавить детей, потому что тех очень много. Некоторые едут верхом на папах, но большинство бегает и прыгает. По бокам от дороги установлено множество тренажеров. Парни подтягиваются, смеются и подначивают друг друга.  Девушки тренируются с серьезным выражением лица: фигура – это важно.

Иду дальше. Слева от дороги бьет родничок. Вот местный художник на обочине устроил выставку-продажу своих произведений. Картины развешаны прямо на деревьях. Мимо проезжает маленький автобус, раскрашенный в веселые цвета. Вообще-то проезд авто по «Пути банялучского отряда» запрещен. Но раз в час ходит специальный рейс. Если лень идти пешком, то можно им воспользоваться.

Поднимаюсь все выше. Лиственный лес сменяется сосновым. Моя цель – вершина холма Бань-Брдо.

Это место с богатой историей. Раньше холм назывался Шехитлуци. Слово шехит, или шахид, в наши дни стало почти что ругательным. Но не будем забывать, что у мусульманских народов оно означает герой. Легенда гласит, что в XVIII веке в бою с австрийской армией тут героически погибли трое юношей. И несмотря на то, что их обезглавили, воины, взяв в руки отрубленные головы, поскакали на вершину холма и там вознеслись на небо.

Славная история продолжилась во время Второй мировой. Бань-Брдо стал знаковым местом не только для Баня-Луки, но и для всей Югославии.

Апрель 1941 года. Баня-Лука захвачена фашистами. Город, как и всю область Босанская Краина, присоединяют к Независимому Государству Хорватия (сокращенно НГХ), марионеточному образованию нацистской Германии. У власти в НГХ стоят усташи – хорватские националисты. Согласно их идеологии, католическая Хорватия является «бастионом, защищающим культурную Западную Европу от диких славянских народов». Усташи не считают хорватов славянами и пытаются доказать вождям Третьего рейха, что они на самом деле потомки готов и истинные арийцы. Нацисты, похоже, не разделяют эту теорию. Признавать хорватов себе ровней они не хотят. Офицеры вермахта в своих письмах из Загреба ругают усташское правительство за разгильдяйство и плохую работу. Усташи, в свою очередь, выслуживаются. По фашистскому образцу начинается уничтожение цыган и евреев. Все прочие лица «нехорватской» национальности ущемляются в правах. Но особые счеты с сербами. Градоначальник Баня-Луки называет их «отравой в самом сердце Хорватии». Против них принимают целый ряд мер: запрещают кириллицу, закрывают сербские школы, Православную Церковь объявляют вне закона. В мае 1941 года зверски убит банялучский епископ Платон. Позднее он будет объявлен священномучеником, а его мощи перенесут в церковь Святой Троицы в Баня-Луке.

В июне 1941 года один из лидеров НГХ выступает со знаменитым заявлением. По его словам, треть сербов следует уничтожить, другую треть – выселить из страны, а оставшихся обратить в католичество. Усташи принимаются за осуществление этого плана. Боевики позируют для фото с отрубленными головами православных священников в руках, а сербов насильно сгоняют в католические храмы. По всей стране строятся концлагеря. Самый печально известный из них – Ясеновац, где было убито по разным оценкам от восьмидесяти до семисот тысяч заключенных.

В Босанской Краине поднимается сопротивление. 8 июня 1941 года югославские коммунисты собираются на холме Бань-Брдо возле Баня-Луки, чтобы подготовить восстание. Оно началось 27 июля сразу во многих местах. Партизаны уничтожают отряды усташей и освобождают города. В городе Дрвар в Западной Боснии создают Дрварскую Республику. Несмотря на все усилия, усташам два месяца не удается взять город, приходится звать на помощь итальянскую армию. Но Дрвар не сдается: поднимается новое восстание. Из четырех лет войны этот город-герой находился под оккупацией чуть больше года. Именно здесь в 1944 году Иосип Броз Тито разместил свой штаб. Гитлер же отдал приказ уничтожить Тито любой ценой. Так началась операция «Ход конем». На Дрвар был сброшен десант СС из семисот парашютистов. Число жертв среди жителей было огромным. Но главнокомандующему удалось выйти из окружения. Советский летчик майор Александр Шорников в тяжелых условиях посадил самолет на заснеженный горный аэродром и вывез Тито вместе с соратниками. 31-летний парень из Владимирской области спас лидера Югославии.

Александр Сергеевич Шорников

Начатую борьбу было уже невозможно остановить. Партизанские отряды действовали по всей Босанской Краине до самой победы. В апреле 1945 года была освобождена Баня-Лука.

День начала восстания 27 июля в СФРЮ был объявлен праздником. А на Бань-Брдо, в том месте, откуда началось сопротивление, двадцать лет спустя поставили памятник павшим борцам. К нему-то я и направляюсь.

Что-то я долго иду. «Далеко до памятника?» — спрашиваю идущего мне навстречу немолодого мужчину. Он смотрит на меня с подозрением, даже неприязненно, и спрашивает: «Вы немка?».

В Баня-Луке мало иностранных туристов. А к тому, что меня принимают за немку, я привыкла. Это из-за короткой стрижки, популярной среди немецких женщин. Объясняю, что я из России. Выражение лица собеседника моментально меняется. Мужчина улыбается, спрашивает про Москву, много говорит о политике. Крепко достается Евросоюзу, в особенности Германии. Сложно в чем-то обвинять этого человека: вся его семья погибла в концлагере, и он это хорошо помнит. Вот так всегда в Боснии: история тесно переплетена с современностью.

А что памятник? Да вот же он за поворотом! Монумент возвышается на самой вершине холма. Его форму сравнивают с пулей, летящей в сторону Краины. Обхожу памятник сбоку. Мне не кажется, что он похож на пулю. Зато барельефы по бокам заинтересовали. На них изображены сцены партизанской борьбы. К сожалению, состояние камня оставляет желать лучшего: он потемнел, местами раскрошился и осыпался. В Баня-Луке высокая влажность воздуха, а зимы бывают довольно холодными, и камень не выдерживает таких условий. Приходится проводить частые реставрации. В прошлом году привели в порядок площадку возле монумента, но барельефы пока ждут своей очереди.

Знаю, что с северной стороны на барельефе изображен Тито. Опознать маршала мне не удается. Как было принято изображать югославского лидера, мне неизвестно.

Изучив барельефы, наконец подхожу к памятнику спереди. И останавливаюсь в замешательстве. Передо мной фигура молодого бойца со знаменем в руке. Поза героическая. За свои молодые годы в СССР я видела таких фигур великое множество. Но они были в шинелях и гимнастерках. А некоторые еще и в буденовках. Югославский герой совершенно обнаженный. Как-то для нас непривычно. Автора памятника, скульптора Антуна Аугустинчича у нас, пожалуй, исключили бы из партии. Югославский социализм все же сильно отличался от советского.

В местной прессе я прочитала воспоминания о том, как в семидесятые годы праздновали День Восстания 27 июля. Колонны трудящихся, школьников и студентов собирались в центре города и шли по «Пути банялучского отряда» на Бань-Брдо. Возле памятника проходил митинг. Все как и на советских праздниках. А вот дальнейшая программа отличалась. На большой поляне неподалеку от монумента городские власти устраивали шашлыки (вернее чевапы на гриле – с учетом местной специфики). Тут же устраивали ярмарку, где местные предприятия предлагали свои товары. Что-то не припомню, чтобы в те годы нас после демонстраций кормили шашлыками.

Поляна, где проходили гуляния, и по сей день является популярным местом отдыха. Называется она Трешник. Трешня по-сербски значит черешня. Никаких черешневых деревьев я на поляне не обнаружила. Зато там есть много столиков с лавочками и тренажеров. Граждане тренируются, играют в мяч и устраивают пикники.

С вершины Бань-Брдо спускается множество тропинок. Одна из них ведет к берегу Врбаса, в место под названием Српске Топлице. Там я уже была. Это самые настоящие горячие источники с целебной водой. Собственно, здесь и начинался город Баня-Лука. Древние римляне проложили дорогу, соединяющую провинции Далмация и Паннония. Дорога шла по левому берегу Врбаса, а на правом берегу, около горячих источников, было основано поселение. В начале XVI века пришли османы. Поселение стало называться Горни Шехер. В 1580 году знаменитый правитель Ферхат-паша Соколович начал строительство города ниже по течению, в том месте, где сейчас расположена крепость Кастель. Несколькими годами позднее он перенес туда столицу Босанского пашалыка.

Считается, что вода из Српске Топлице помогает от ревматизма и невралгии. Для желающих подлечиться (а их очень много) оборудованы маленькие бассейны. Мне оздоровиться не удалось: во всех бассейнах сидели бабушки и дедушки. 

В этот раз я спущусь мимо другого источника. Правда, он не горячий, а обычный. Называется  Райнерово Врело. Слово врело происходит от понятного нам сербского глагола варити. Действительно, вода в роднике пузырится, как будто кипит. А еще в сербском языке есть глагол ключати, что значит кипеть. Кажется, наше слово ключприменительно к источнику произошло как раз от этого старославянского глагола. Название Райнерово родник получил в честь словенского ученого Франца Райнера, который работал в Баня-Луке и занимался лесным хозяйством. Густой лес на Бань-Брдо сохранился во многом благодаря ему.

Райнерово врело выглядит живописно. Есть здесь и лавочки, и мостик. Только вот пить из источника, оказывается, нельзя. Так написано на висящей рядом табличке. Местные граждане с этим не согласны. Воду они пьют и даже пытались зачеркнуть предупреждающую надпись. 

Иду дальше вниз по широкой тропинке. Вокруг очень красивый лес: не привычные нам елки и березы, а высокие стройные буки. Любуясь лесом, важно не забывать смотреть по сторонам: по дорожке часто ездят на горных велосипедах. Смотреть под ноги тоже не помешает: здесь еще и катаются верхом.

Навстречу идет много гуляющих. Как это принято в горах, все здороваются. Заметив мой акцент, спрашивают, откуда я. А узнав, что из России, приветливо улыбаются. Некоторые даже демонстрируют знание русского языка, заявляя что-то типа спасибо, пожалуйста, х-а-р-а-ш-ё!

Тропинка снова выводит меня на «Путь банялучского отряда», ближе к его началу. Уже вечереет, вдоль «Пути» зажигаются фонари. Но гуляющих и спортсменов меньше не становится. Такое впечатление, что их даже больше, чем было днем. Люди специально приезжают сюда после работы, чтобы отдохнуть или потренироваться. Моя тренировка на сегодня закончена, пора возвращаться домой.

Весенний вечер тихий и теплый. Многочисленные кафе полны народу. Из них доносится смех, музыка, запах свежего кофе. Мне очень понравилась прогулка, и я уже планирую новую. Благо тропинок в лесах вокруг Баня-Луки очень много. Когда-то там ходили партизаны. Теперь гуляют семьи с детьми и бегают спортсмены.

На многострадальную землю Босанской Краины наконец пришел мир.

© 2018-2019 Балканист. Все что нужно знать о Балканах.

Scroll To Top