Елена Зелинская продолжает делиться с читателями «Балканиста» впечатлениями о посещении сербских курортов и санаториев.

«…Бух в котел…»

Я попыталась сунуть руку под кран с текущей водой – и сразу одернула. Можно ошпариться: температура от 36 до 77 градусов. Не знаю, как в Европе, но в Сербии Йошаничка Баня — самая теплая. Вся система устроена так: из земли бьют источники с горячей водой, оттуда она по трубе поставляется в купальню.

— Природно, все природно, — поясняли мне местные специалисты, — у нас здесь единственное место, где вода попадает в бассейны природным путем.  

Термальных сероводородных источников на территории Йошаничкой Бани пять. Самый главный из них выдает 7 литров воды в секунду, а остальные – до 30. 

Лечат здесь ревматизм (дегенеративный, воспалительный в стадии ремиссии), последствия травм опорно-двигательного аппарата или перенесённых хирургических вмешательств, гастрит, гинекологические заболевания, экзему и псориаз. 

Справка о составе воды

Что интересно, особого неприятного запаха у местной воды нет. Конечно, легкий «шарм» сероводорода присутствует, но поскольку весь комплекс расположен среди хвойного леса, то он мгновенно тает и практически незаметен.

История бальнеологического курорта, как обычно, начинается с древних римлян, но это все археологические предположения. А турки оставили прямое доказательство – старую купальню. Небольшое белое здание в восточном стиле, с четырехскатной крышей, покрытой черепицей, построено еще в XVIII веке явно для лечебных процедур. 

Баня – культурно-исторический памятник. Внутри вкопанный бассейн: ступеньки ведут вниз, к самой чаше. Легко представить себе восточную красавицу, какую-нибудь Шамаханскую царицу, которая нежится в теплой воде…

В 1834 году минеральную воду проверили специалисты из Венского медицинского университета по специальному запросу князя Милоша. Видимо, оценка его удовлетворила, и с тех пор здесь лечилась вся княжеская семья.

Как оздоровительно-туристическое место комплекс сформировался в 1935 году. Тогда здесь была построена купальня с медицинскими кабинетами, а главное – с внутренним бассейном с термальной водой. В открытом бассейне, который расположен между старой и новой купальней, можно плавать подольше: воду в нем охлаждают и немного разбавляют. В природной воде — той, которой наполняют закрытые «кады», можно находиться только ограниченное время, рекомендованное врачами. 

Внешне это даже не выглядит как лечебница: бассейн, массажные фонтаны, лежаки с зонтиками, люди загорают, купаются, ребятишки брызгаются… Несколько небольших зданий, цветы, тишина и шум воды. Кстати, находится этот оазис на высоте 550 метров.

Образ жизни я веду расслабленный. Вроде и лечишься, а кажется, что просто отдыхаешь: не надо рано вставать и бежать на процедуры. Я, не торопясь, спускаюсь по деревянной лестнице на террасу, где сквозь виноградные ветви уже пробиваются утренние нежаркие лучи, и пью первую чашку кофе. Народу еще мало, я, ранняя пташка, листаю новости, время от времени поднимая голову, чтобы полюбоваться на бегущий рядом поток. Что может быть приятней завтрака на свежем воздухе? Хозяин гостиницы «Старый путник» Сржан Новикович подсаживается ко мне за столик, и мы не спеша обсуждаем планы на день: на обед уже готовят ягненка, городской бассейн еще не открыли, а мы собираемся поехать по окрестностям, посмотреть озера и домик местной героини… 

Затем я собираюсь: халат, сменный купальник, куча полотенец, книга, телефоны, блокнот — каждый раз как в путешествие. А идти мне от «Старого путника» до купален всего 5 минут.

Гостиница «Старый путник»

В 2016 году курорт обновили, и путь мой лежит через выложенную камнем красивую набережную. Как и на всех сербских курортах, меня всегда поражает эта удивительная забота о людях и их, казалось бы, мелких потребностях. Вдоль дороги всегда будут стоять скамеечки, под рукой ящички для хранения вещей, у высокой ванны – удобные ступеньки, везде чистота и цветут розы.

Так, вдоль стриженных кустов, я дохожу до уже залитой солнцем площадки, где расположен бальнеологический комплекс.

Сначала мне надо пройти процедуры, чтобы уже потом спокойно отдыхать у бассейна, делая вид, что я при деле.

В лечебном корпусе сверкают белизной восемь гидромассажных ванн. Меня укладывают в самую большую: туда при желании можно поместить четверых человек. Медсестра наполняет ее термальной водой прямо из источника, где температура 77 градусов, и мы немного ждем, чтобы она охладилась. Я сижу на краю, и как в детстве, когда мама готовила для меня ванну и спрашивала «Ну как, не горячо?», осторожно пробую воду ногой. Наконец можно залезать. Все предписанные врачом полчаса я поворачиваюсь с боку на бок, меняю положение, подставляя под массажные струи то спину, то плечи, то – извините — пониже спины.

Затем я передвигаюсь в кабинет физиотерапии. Здесь мне лечат лазером защемленный корень нерва. Кабинет похож на рубку космического корабля: сложная аппаратура, провода, какие-то загадочные присоски: электротерапия, лазеротерапия, магнитная терапия, ультразвук, прессотерапия и лимфодренаж. Неманя – так зовут физиотерапевта — берет в руки аппаратик, похожий на микрофон, и ведет его прямо от корня по ступне, безошибочно двигаясь по той самой больной линии…

Освободившись от экзекуции, я шлепаю в закрытый бассейн. Вода в нем прямо из источника: действительно чувствуешь себя тем самым яйцом, которое положили вариться.

Горячо.

От воды понимается пар, в спину бьет массажная струя.

 — А ведь отсюда и родились сказки о живой и мертвой воде, — думаю я, — сколько уже слышала историй, как отряд рыцарей, возвращаясь с поля боя, остановился на отдых у источника, и наутро раны, которые они промыли этой водой, зажили…

Я выбираюсь из закрытого бассейна, двигаюсь наружу, на солнце, в третью воду и вспоминаю сказку о Коньке-Горбунке. Там, помнится, тоже три бассейна было.

…Три котла больших поставить
И костры под них сложить.
Первый надобно налить
До краёв водой студёной,
А второй – водой варёной,
А последний – молоком,
Вскипятя его ключом.
Вот, коль хочешь ты жениться
И красавцем учиниться —
Ты, без платья, налегке,
Искупайся в молоке,
Тут побудь в воде варёной,
И скажу тебе, отец,
Будешь знатный молодец!

— Вот интересно, — продолжаю я размышлять, — чью историю я сейчас повторю: Ивана, который из третьего котла вышел красавцем и царевичем, или старого царя, который погнался за молодостью ради Царь-девицы и кинулся в котел с кипящим молоком?

…Царь велел себя раздеть,
Два раза перекрестился, —
Бух в котёл – и там сварился!..

Обедать я буду снова на террасе. Тени от виноградных листьев устилают деревянный пол причудливым узором. Я не на диете, но берегу фигуру: выбираю только одно блюдо, отказываюсь от гарнира, хлеба и, конечно,  никакого десерта. Ну, ладно, не буду врать. Один раз попробовала палачинки с медом и орехами. 

К слову, единственное, что в Сербии делать не умеют, так это печь блины. Палачинки — это как раз их сербская версия. Но толщиной они обычно примерно в пять наших. Так вот, тут, в «Старом путнике», я впервые увидела, что и на Балканах некоторые повара умеют добиваться необходимой для настоящего блина тонкости и кружевного края. Про мед говорить не стану, он в Сербии везде разный, но одинаково вкусный и качественный.

Теперь мне снова пора идти окунаться в живую воду. Я двигаюсь по набережной, вдоль скамеечек, и отдыхающие старушки провожают меня такими любопытными взглядами, что я чувствую себя девушкой, которая спешит на свидание. Может, это уже так вода подействовала?

«Эко диво! – все кричали. —
Мы и слыхом не слыхали,
Чтобы льзя похорошеть!

Вечером я снова буду выхаживать свои десять тысяч шагов, от ужина откажусь в пользу сохранения талии и сяду за компьютер, чтобы запечатлеть и запах хвои, и сероводородный пар над горячей водой, и непрекращающийся ни на секунду шум воды, и вечернюю свежесть, и неспешный дружеский разговор на самой красивой террасе в Сербии…

«…Летящей походкой я вышла из мая…», или что посмотреть в Йошаничкой Бане

Кто сказал, что вечерний город может быть скучен? Нам ли, только что пережившим карантин, домашнее заключение и самоизоляцию досадовать среди волшебной природы Копаоника? Помните, как мы мечтали о чашечке кофе за столиком на маленькой старинной площади, о морском прибое у ног, о ветре в спину и каплях дождя на лице? 

Вот теперь я иду, и легкий ветерок полон лесных запахов, над горячими источниками стелется пар, чуть раскачиваются розы на высоком кусте и откуда-то тянет роштилем…

И в самом городке, и вокруг него полно достопримечательностей. Начнем с того, что он находится в самом сердце средневековой Сербии, в округе Рашка, откуда есть пошло сербское королевство. Здесь остались развалины древних городов, старинные монастыри. И праздники здесь не как везде: например, в День Елены Анжуйской устраивают рыцарский турнир, словно мы не в сербском селе, где прямо на улицах сушат грибы, а на берегах Луары, где-нибудь в Руане.

Есть здесь и свои музыканты, а местные энтузиасты, надев прекрасные национальные костюмы, от души танцуют «коло», или круг, по-нашему — хоровод…

Есть и героическая история. Эта история напоминает очень нашу: про кавалерист-девицу Надежду Дурову — девушку, которая, переодевшись в офицерскую форму, воевала против наполеоновских войск. Лайт-версию о ней мы все знаем по прекрасному фильму «Гусарская баллада», с боевой девицей Шурочкой, поручиком Ржевским и одноглазым Кутузовым.

«Не шпильки!» – помните?

Так вот, здесь, в месте с невероятно поэтическим названием Долина Сирени, родилась и выросла девушка, которая стала в буквальном смысле сербской Орлеанской Девой. Простая пастушка, движимая только пылким чувством патриотизма, выдала себя за мужчину и участвовала сначала в балканских войнах за независимость, а затем и в боях Первой мировой войны. Это Милунка Савич – женщина, которая с неженской храбростью воевала в знаменитом сербском Железном полку, куда ее уже открыто приняли за боевые заслуги. Горькое дело война, но у сербов это так густо замешано на их глубокую преданность своей земле и народу, что не устаешь восхищаться, глядя на фотографии этой молодой красивой женщины с медалями на груди. Памятник ей стоит прямо в центре городка, а совсем неподалеку от него находится и ее домик, который теперь превратили в музей. 

Но раз уж мы с вами доехали в этот райский уголок ради поправления здоровья, то из всех местных праздников я бы выбрала День Черники — боровницы, если по-сербски. Как это часто бывает, сербский язык словно лучиком высвечивает какое-то неожиданное, но знакомое нам свойство называемого предмета. Боровница — та, что растет в бору. Так вот, я бы с радостью присоединилась к участникам, и, нисколько не боясь испачкать руки в густом черничном соке, собирала бы ягоду — в подол, в банку, в корзинку. 

И наварила бы варенья… А кто варит варенье в июле, тот, как известно, жить собирается с мужем и тот не намерен, конечно, с любовником тайно сбежать…

Модные нынче «тропы здоровья» — одна из которых велосипедная — огибают городок и ведут желающих оздоровиться в лес. Сама прогулка успокаивает и наполняет усталые легкие свежестью и чистотой.

Да и ходить далеко не надо. Просто прогуливаясь по городской улице (она здесь одна — та самая, которая ползет вдоль реки), я любовалась на цветы, разноцветными — белыми, фиолетовыми, желтыми — кипами свисавшие через плетни, и присела на скамеечку прямо под раскидистой шелковицей. Она здесь называется дуд, и спелые черные ягоды соскальзывали мне прямо в ладонь. 

Я еще раз обошла — словно проинспектировала — все источники. Пар таял над ними, как дым из печных труб. У меня была идея поехать еще и в национальный парк Копаоник: он совсем недалеко, в 24 километрах, — но я отложила это на специальную поездку. А вот куда можно доехать – так это на озера…

Мое пребывание подходило к концу, и я шла по набережной, размышляя о дальнейшем маршруте, как вдруг почувствовала, что со мною происходит что-то необычное. Не замедляя шага, я быстро и внимательно прислушалась к организму. И поняла: я снова шла своей обычной легкой походкой — той самой, девочки, помните? – «от бедра»! Незаметно для себя: процедуры, десять тысяч шагов каждый день в любую погоду, плавание и…. 

«Не сваи вколачивает, — слышите Людмила Прокофьевна, – а от бедра: раскованная свободная пластика пантеры перед прыжком. Мужчины такую женщину не пропускают!»…

И в ту же минуту я осознала, что мне не надо больше втягивать и без того упругие мышцы живота, что так же легко двигаются плечи, и ничего не болит, ничего не мешает, и я не смогу сходу показать, где он притаился, тот самый корень, и не хватает мне сейчас только знаете чего? Сапожек, кожаных югославских сапожек на невысоком, но тонком каблуке цветом в тон тонкому пояску на талии…

Вот доеду до Белграда и куплю.