Босния и Герцеговина — живописная страна с многовековой историей и множеством достопримечательностей. Вместе с тем она считается беднейшим государством Европы с высоким уровнем безработицы. К тому же, БиГ разделена на этнические анклавы: федерацию бошняков-мусульман и хорватов с одной стороны и Республику Сербскую — с другой.

Если побывать здесь однажды, очень трудно избежать искушения приехать ещё раз. В этом месте, расположенном в самом сердце бывшей Югославии, находится перекресток различных культур, народов и религий. Колёса истории очень глубоко взрыхлили местную почву, оставив на ней шрамы и незаживающие годами раны. 

Самое сильное испытание пришлось на период окончательного распада бывшей Югославии, когда авантюризм и самоуверенность этнических лидеров ввергли Боснию в 1992 году в болото кровавой гражданской войны — самой ужасной со времён Второй мировой. Лишь в 1995 году «опытные» натовские кукловоды во главе с США (Россия тогда имела ограниченные внешнеполитические ресурсы) срежиссировали процесс урегулирования, очень ловко перенеся львиную долу «вины» на сербов, и, соответственно, после подписания Дейтонских соглашений перекроили государственную палитру БиГ в своих интересах. 

Формально независимое государство было насильно собрано из трёх этносов для «продвижения демократии и достижения межнационального примирения». При этом было очевидно, что эта страна не желает быть единой, а ее народы не хотят существовать совместно. Словно в насмешку, государству был навязан антиконституционный диктат так называемого Высокого представителя по БиГ (для контроля исполнения Дейтонских соглашений), с правами практически «абсолютного монарха», который волен «казнить и миловать» по своему усмотрению.

Спустя 25 лет после Дейтона в этом квазигосударстве мало что изменилось. Автору, как активному приверженцу борьбы за права сербов, больше всего неуютно за положение наших братьев, практически запертых в Республике Сербской (население которой составляет 1,1 млн человек). Недавно я побывал в столице Республики Сербской Баня-Луке, заодно представилась возможность проехать на машине через значительную часть БиГ. Путь лежал и через мусульманские и хорватские участки. Границ, естественно, нет, как и нет особых отличий в укладе жизни: везде чисто, аккуратно и очень скромно. 

Особенно приятно было увидеть сербское «село» (по-русски — сельскую местность). Везде порядок, опрятные домики — домаћинства (хозяйства). Земля заботливо обработана, нет брошенных и заваленных мусором участков, что свидетельствует об исключительной заботе и добром отношении к кормилице-земле. А вокруг этого раздолья знаменитые планине — горы, густо поросшие сочной зеленью, и холмы, омываемые чистым, голубым небом Балкан. Чем не рай? 

Но рай только на первый взгляд. Люди в буквальном смысле борются за жизнь, потом и кровью добывают хлеб насущный, оставаясь при этом очень доброжелательными, гостеприимными и щедрыми. Когда узнают, что ты русский, то отношение меняется на глазах. Ты — брат и лучший друг!

Да, о России в Республике Сербской говорят с большим теплом и надеждой. Как простые люди, так и представители власти, начиная с лидера сербов Милорада Додика, члена Президиума БиГ от сербского народа. Он, как опытный политик и государственник, жестко и принципиально отстаивает интересы сербов в БиГ. По мнению Додика, приход России в Республику Сербскую (политический, экономический и культурный) был бы лучшим вариантом для зажатой в дейтонские тиски республики. И хотя, как считает политик, пока это не очень осуществимо, всё же твёрдая и неуклонная поддержка РС постоянно звучит из уст Президента Путина и министра иностранных дел Лаврова. Именно за такой подход Москвы жители и власти РС высоко ценят российское братское плечо. Присутствие России неизбежно укрепится, считает Додик, и первые шаги к этому уже сделаны. 

Не секрет, что условия существования РС остаются весьма неблагоприятными как для ее экономического развития, так и для укрепления государственности и национального достоинства. К сожалению, политика ЕС и США, изначально  выступавших в роли «гарантов» гармоничного развития БиГ, в реальности превратилась в равнодушное и отстраненное созерцание и периодическое «закручивание гаек» в качестве реакции на любые шаги по укреплению суверенитета РС (а нередко и бошнякско-хорватского образования). Но больше всего страдают сербы, которых западники, похоже, навечно отметили позорным клеймом прошлых кровавых событий в БиГ. 

Тот же Додик категорически не верит в перспективы евроинтеграции БиГ, несмотря на формальный запуск этого процесса в 2016 году. Помимо чисто внутренних неразрешимых противоречий, Брюссель, по мнению политика, вряд ли решится на очередное расширение. Подтверждением этого стали недавние высказывания лидеров Франции, Нидерландов, Дании. Достаточно оглянуться на состояние дел в этой сфере у Сербии и Черногории, отмечает Додик.

Что касается плана действий по вступлению в НАТО, то боснийские сербы навсегда останутся противниками присоединения к Альянсу. Более того, без согласия Республики Сербской БиГ не смогут завлечь туда никакими пряниками. А такого согласия, как жестко декларирует Додик, Сараево никогда не получит. 

К слову, Вашингтон периодически предпринимает пропагандистские демарши с целью склонить сербов к более благоприятному отношению к НАТО. В ход идут примитивные посулы «сладкой жизни», инвестиций и новых возможностей, что неизменно натыкается на твёрдое «нет» из Баня-Луки. 

Милорад Додик категорически отвергает любую возможность присоединения к санкциям против России, в том числе недвусмысленно заявляя об отсутствии сомнений по поводу принадлежности Крыма России. 

Как представляется, все эти факторы лишний раз обозначают наличие непреодолимых барьеров между ЕС, НАТО и БиГ. К слову, у Сараево уже давно отсутствуют каких-либо идеи и желания разработать план вывода страны из положения изгоя и просто брошенного всеми государства-неудачника.

В то же время Милорад Додик продолжает настаивать на лучшем решении для БиГ, а именно цивилизованном и мирном разводе. Помимо целесообразности отделения РС, политик не видит перспектив для совместного проживания бошняков и хорватов в рамках одного государства. Взаимные противоречия и бесперспективность дальнейшего сохранения их федерации являются ещё одним важным фактором для роспуска БиГ. 

Сербы, очевидно, устали от бесконечного протектората над собой, отсутствия выхода на международную арену, невозможности получения внешних инвестиций. Они просто не могут больше терпеть положение загнанной в угол мировой шахматной доски пешки, окружённой соседями, жаждущими захватить их территорию и ликвидировать сербский анклав, а также внешними могущественными покровителями, которые давно махнули на них рукой.

Неизбежно возникает вопрос: как развязать боснийский узел, сплетенный, казалось бы, намертво 15 лет назад? И если для Баня-Луки решение очевидно и однозначно, то для политкорректной Европы и «мирового жандарма» (США) это проблема престижа и влияния. Проблема, которая охватывает весь балканский механизм, последовательно создававшийся для строительства ограждения от России.

Тем не менее здравый смысл и просто элементарная логика неизбежно потребуют найти решение. Автор уверен, что Россия в своём нынешнем состоянии вполне способна сказать своё слово для определения дальнейшей судьбы БиГ и вывода наших сербских братьев в РС из печального положения. 

Будет ли развязан боснийский узел, зависит от многих факторов, в том числе от учёта воли самих сербов, которые, невзирая на все беды, и страдания, и урезанные до предела права, хотят жить достойно и иметь свою точку зрения на региональные и международные вопросы.