Драган Джилас: поверить в санкции

«Балканист» неоднократно обращал внимание своих читателей на то, сколь дружественны по отношению к России были выступления практически всех сербских политических деятелей в период предвыборной гонки. О том, что против Москвы необходимо ввести санкции — и чем скорее, тем лучше — прямым текстом говорил только глава некогда правящей, а ныне полностью маргинализированной Демпартии (ДС) Зоран Лутовац, ну и, разумеется, лидер воеводинских автономистов Ненад Чанак: он вообще любой день начинает с проклятий в адрес России. Все остальные сербские политики, включая представителей оппозиционной Партии свободы и правды (ССП), от явного и однозначного провозглашения необходимости введения санкций старались уйти. И лидер этой партии, экс-мэр Белграда Драган Джилас, и возглавившая партийный список на выборах Мариника Тепич говорили тогда о том, что Сербия против поддержки европейских санкций. Потому что слишком хорошо понимает, что подобного рода меры в первую очередь бьют по простым гражданам, а политические элиты тяжесть санкций скорее всего вообще не ощутят: именно так было в 90-е в Сербии.

Однако же предвыборная гонка завершена, кончен бал, погасли свечи. Пробило 12 часов, и всё вернулось на круги своя: карета превратилась в тыкву, лошади — в мышей, кучер — в крысу, Мариника Тепич из принцессы, в которую ее старательно превращали сербские оппозиционные СМИ, – назад в косноязычную провинциальную Золушку. Но даже после обнажения своей истинной политической личности западники и евроинтеграторы должны сохранять видимость цельности убеждений и последовательности высказываний. Поэтому и Тепич (в девичестве Чобану), и ее шеф Джилас пытаются агитировать за санкции против России, не отказываясь от главного своего тезиса: что от санкций страдают не элиты, а простые обыватели. 

o 1759852 1024

Сначала Тепич заявляет: «Мы знаем, что от санкций всегда страдают обычные люди, а не политические акторы. Но мы должны ввести санкции против России, потому что вопрос о санкциях — это на самом деле вопрос о выборе пути для Сербии. И альтернативы европейскому пути — то есть санкциям — для Сербии нет». 

Да, в этом заявлении напрочь отсутствует внутренняя логика, но, справедливо говоря, от Тепич особой логичности никто и не ждал. Через пару дней после нее по этим же нотам запел и Драган Джилас.  

14 мая на пленуме ССП Джилас обратился к общественности со следующими словами: «Мир раскололся и антагонизировался, и произошло это из-за России. Мы осуждаем и всегда осуждали нападение России на Украину, мы считаем, что Сербия должна выбрать, на чьей она стороне. С одной стороны  все те европейские, демократические ценности, в которые мы верим, а с другой стороны — агрессия России. Мы знаем, что механизм санкций работает плохо: мы в Сербии через это прошли. Когда наша страна была под санкциями, Слободан Милошевич и его окружение ни в чем себе не отказывали, а народ еле выживал. Но Сербия — часть Европы, Сербия стремится в ЕС, и если Европа выбирает санкции, то мы должны присоединиться к этому выбору. Стараясь, конечно, минимизировать при этом ущерб для нашей энергетики, как это делают все в Европе…». 

Драган Джилас принципиальностью вообще никогда не отличался. Например, непосредственно после выборов клялся, что ни за что не будет встречаться и вести переговоры с Вучичем, но спустя две недели встретился и провел — «на благо избирателей», разумеется. Но с санкциями, которые поддержать надо, хоть они и бессмысленные, у него прямо пунктик. Если ты за «европейский выбор», ну скажи ты, что санкции — «вещь хорошая и полезная». Так нет же, Сербия должна поддержать санкции против России именно вопреки здравому смыслу. Вера в европейские ценности побеждает и отменяет логику. Сербия, таким образом, уподобляется апостолу Петру, который шел по воде Галилейского моря, пока верил, но как только усомнился в том, что делает, – сразу начал тонуть. Это же, по Джиласу, требуется и от Сербии: забыть о реальности своей жизни под санкциями и просто верить. Вот только пресловутые «европейские ценности» и вступление в ЕС — очень слабая и неубедительная замена ценностям христианства.        

А спустя еще два дня после пленума ССП Джилас дал интервью, само название которого моментально разобрали на цитаты – «В принципе мы против санкций против России. Но у Сербии нет права на выбор». В этом тексте он опять повторяет, что из-за русских мир раскололся на черное и белое, без оттенков, и если Сербия на стороне света, то должна поддерживать санкции, даже если они не имеют смысла. И более того, даже если они идут самой Сербии во вред. То есть, опять-таки, от своих сторонников Джилас требует не думать, а верить. Надо сказать, что и по манерам своим, по своему имиджу этот человек — бывший мэр Белграда, бывший руководитель канцелярии президента — вообще сильно напоминает баптистского проповедника. 

У нас нет цели излагать здесь подробную биографию Драгана Джиласа, но почему бы не пробежаться по ней лёгким галопом, чтобы читателям стало окончательно понятно, с кем мы имеем дело. 

Джилас был одним из лидеров студенческих протестов против Милошевича в начале 90-х гг. в качестве «студенческого проректора» (избираемого из числа студентов) Белградского университета. Параллельно с этим он был программным директором на оппозиционной радиостанции Б-92. В 1994 году он уходит и из политики, и из журналистики, устраивается работать в легендарное рекламное агентство Saatchi&Saatchi в Лондоне. Сам он при этом утверждает, что в Лондоне «мыл окна». В 1995 году он перебирается в Прагу, сначала открывает там производство бижутерии и сувенирной продукции, а затем вместе со своим другом и кумом (свидетелем на свадьбе) Младжаном Джорджевичем создает фирму MD International, которая занимается вообще всем на свете – рекламой, продажей югославских спортсменов западным клубам и т.д. В 1998 году Джилас регистрирует в Сербии компанию Multikom Group для работы в медийной сфере. В 2001 году через Multikom, где ему принадлежит 25% акций, становится собственником рекламного агентства Direct Media, а через него — собственником продюсерского центра Emotion Production. Именно он впервые вытащил на сербское телевидение западные реалити-шоу и запустил сербский аналог «Большого брата». 

С 2004 года, помимо занятий бизнесом, Джилас возвращается в политику, его назначают главой «народной канцелярии» президента Бориса Тадича, а затем министром по инвестициям. В качестве его зама в этом ведомстве, официально называвшемся «Министерство национального инвестиционного планирования», появляется старый соратник Джиласа Младжан Джорджевич. Он и сам заслуживает отдельной статьи; пока же отметим, что Джорджевича в Москве многие знают как «друга России», сербского «патриота» и любителя петь четнические песни. И мало кто знает, с чего начиналась политическая карьера Джорджевича, кто привел его во власть и стал учредителем его благотворительной организации «Наша Сербия». Правильный ответ на все эти вопросы один – Драган Джилас. В 2008 году Джилас становится мэром Белграда, причем из министерства по планированию инвестиций он ушел со скандалом. Тогдашний глава министерства капитальных инвестиций (бюрократия времен Бориса Тадича — это отдельная песня) Велимир Ильич обвинил Джиласа в том, что тот использует министерскую должность исключительно в личных целях: «Он рэкетирует 15 крупнейших фирм в стране и контролирует 80% сербских СМИ». 

Вельо Ильич — последний человек, которому можно верить в таких вопросах. Но то, что Джилас закрепился в сербской медийной и рекламной сфере очень основательно, – факт. Причем действует он не явно, а через сложную сеть подставных фирм. Например, издание «Курир» в свое время выяснило, что Джиласу принадлежит PR-агентство с громким названием «Олаф и Макартур», в котором вообще нет и никогда не было ни Олафа, ни Макартура. Короче говоря, бизнес и политика, политика и бизнес — основные слагаемые биографии Джиласа, а умение их «смешивать, но не взбалтывать» — главная составляющая его успеха… 

Что касается деятельности Джиласа в качестве мэра сербской столицы, то, естественно, и здесь к нему масса претензий и вопросов. Достаточно вспомнить коррупционные скандалы вокруг строительства «Моста на Аде» (из Нового Белграда в район Чукарица), который и стоил неадекватно дорого, и построен был с нарушением ГОСТов по безопасности, и не сильно помог разгрузить белградские пробки. 

Для России, пожалуй, важнее история с установкой памятника императору Николаю II в Белграде. Открытие монумента состоялось осенью 2014 года, когда власть в городе уже принадлежала прогрессистам: мэром был нынешний министр финансов Синиша Мали. Но процесс был запущен еще при Джиласе, все необходимые утверждения и согласования, достаточно сложные были проведены при нем, конкретно осенью 2013-го (речь, напомним, идет о монументе общим весом 40 тонн, установленном в самом центре города, напротив Президентского дворца). 

Обстоятельства, сопутствовавшие установке памятника, как раз и являются лучшей характеристикой Джиласу. Форсировал он утверждение этого проекта, прекрасно понимая, что кресло мэра ему очень скоро придется уступить — и даже примерно представляя кому. Соответственно, монумент, который для многих сербов сейчас стал практически святыней, для Джиласа был «троянским конем», который должен был серьезно подорвать репутацию прогрессистов. Если они оставляют в силе решение мэрии и городского совета об установке памятника, то тем самым сильно портят отношения с Западом, которому этот бронзовый «царь Николай» как кость в горле. Если приостанавливают процесс, то испортятся отношения с Россией. С какой стороны ни посмотри, будет хуже. Так, во всяком случае, видел ситуацию Джилас.

Получилось с точностью до наоборот. 

Монумент действительно укрепил отношения Сербии и России. Некоторые склонные к мистицизму лица говорят, что именно бронзовый Николай, которого видно из окна рабочего кабинета президента Сербии, оберегает Александра Вучича от геополитических ошибок. Но и для Запада Белград стал еще более важным партнером, чем был, — именно в силу своих особых отношений с Россией. Принципиальное неучастие Сербии в антироссийских санкциях делает Сербию одним из самых важных региональных игроков. Страшно даже сказать, что предлагают сербскому руководству в обмен на присоединение к санкциям. Но Вучич пока держится. Может быть, именно благодаря помощи «царя Николая». 

Вернемся к призывам Джиласа поверить в необходимость антироссийских санкций, — хотя в них и нет, согласно самому Джиласу, никакого практического смысла. Каждый сам выбирает, во что ему верить. Можно верить в Россию, как завещал Тютчев. Можно верить в Европу, как Джилас. Можно верить в логику и здравый смысл. И так уж получилось, что сегодня здравый смысл на стороне тех в Сербии, кто верит в Россию и удерживает страну от вступления в НАТО, ЕС и присоединения к антироссийским санкциям. Верить же в то, что у сербов нет права на выбор, как утверждает Драган Джилас, никому в Сербии не хочется.     

И небольшой постскриптум. 

Нас часто спрашивают, не родственник ли «этот Джилас» «тому Джиласу» — в смысле Миловану Джиласу, известному в России прежде всего как автор сочинений «Новый класс» и «Беседы со Сталиным» (издавались в 90-е гг. под одной обложкой с названием «Лицо тоталитаризма»). Если коротко – нет, не родственник. «Тот Джилас» был черногорцем, а у этого отец из Боснии. Но про вырождение политического класса в Сербии в девяностые и нулевые, про превращение политиков в чиновников, а чиновников — в новую буржуазию «этот Джилас» тоже многое мог бы рассказать… Но вряд ли он это сделает.     

Фото: newsbeezer.com

© 2018-2022 Балканист. Все что нужно знать о Балканах.

Наверх