Лидер черногорского ДемФронта Милан Кнежевич: «Черногория порабощена посольствами стран Запада»

Ответственность за деградацию отношений Подгорицы и Москвы лежит исключительно на черногорской стороне. Такое мнение в интервью «Балканисту» выразил Милан Кнежевич — один из лидеров блока «Демократический фронт» (эта политическая сила является ядром коалиции «За будущее Черногории» — крупнейшей в парламентском большинстве). Вместе с тем политик заявляет, что готов лично способствовать улучшению отношений между Черногорией и Россией. 

На протяжении всей своей политической карьеры Кнежевич занимает последовательную и искреннюю пророссийскую позицию. В 2018-м году он выступил в ПАСЕ на русском языке за возвращение российской делегации в организацию. А в 2016-м году он и его соратник по ДФ Андрия Мандич — жесткие противники вступления страны в НАТО — были обвинены в попытке «госпереворота», якобы подготовленного «агентами ГРУ» (в начале февраля 2021 года за неимением доказательств все фигуранты этого кафкианского процесса были оправданы Апелляционным судом). Сегодня Кнежевич возглавляет парламентский комитет по безопасности и обороне и продолжает требовать от правительства отменить санкции против России.

В беседе с «Балканистом» Кнежевич рассказал о перспективах черногорско-российских отношений, новом «экспертном» правительстве, разочаровавшем избирателей, непоследовательности премьер-министра, который в ходе предвыборной кампании выступал с пророссийскими заявлениями, а возглавив страну, выступил за сохранение прозападного курса, и серьезном политическом кризисе, который может привести к реконструкции правительства либо к досрочным выборам.

Как бы Вы оценили работу нового правительства спустя полгода? Оправдала ли себя, на Ваш взгляд, модель «экспертного правительства»?

Кабмин Черногории, за небольшим исключением, сформировали не профессиональные политики, а эксперты из разных областей, приглашенные премьер-министром Здравко Кривокапичем — лидером коалиции «За будущее Черногории», которая на парламентских выборах 30 августа 2020 года, вместе с двумя другими оппозиционными блоками, впервые одержала победу над правившей страной 30 лет Демократической партией социалистов (ДПС) президента Мило Джукановича. 

—- Складывается впечатление, что правительство Здравко Кривокапича могло справляться с внешними и внутренними вызовами намного эффективнее, содержательнее и конструктивнее. В течение этих шести месяцев необходимо было укрепить и стабилизировать отношения внутри самого правительства. Я говорю не только о конфликте между премьером Кривокапичем и министром юстиции Лепосавичем, но и об отношениях с лидерами парламентского большинства. 

Премьер-министр Здравко Кривокапич распорядился отправить министра юстиции Владимира Лепосавича в отставку после того, как тот отказался назвать события в Сребренице, произошедшие четверть века назад в ходе гражданской войны в Боснии и Герцеговине, «геноцидом». 

Все же самое важное – это исполнение ожиданий граждан. Я думаю, они не слишком воодушевлены результатами работы правительства Кривокапича на данный момент. Ожидаю, что премьер, — если он стремится к нормальному функционированию своего кабмина и  сохранению стабильного парламентского большинства, – в ближайшее время пойдет на диалог и будет серьезно разговаривать с теми, кто его поддерживает.

Ранее Вы заявили, что если Кривокапич снимет министра Лепосавича с его поста с помощью голосов ныне оппозиционной Демократической партии социалистов, то он таким образом потеряет легитимность. Почему? 

— Невозможно, чтобы в одном правительстве было два парламентских большинства. Либо существует одно парламентское большинство и одно правительство, либо мы оказываемся в серьезном политическом кризисе, который может завершиться или реконструкцией кабмина, или избранием нового его состава, или досрочными парламентскими выборами. Все прочие варианты исключены — как в политической теории, так и на практике. 

Эта ситуация никоим образом не может рассматриваться как изолированный инцидент, который окончится тем, что премьер Кривокапич сначала просто сменит министра с помощью голосов ДПС, а затем за нового чиновника проголосует «Демократический фронт» и другие депутаты парламентского большинства.

Если говорить о причинах отставки министра юстиции, то в чем, по-Вашему, состоит истинная цель стран Запада, которые вынуждают правительство Черногории назвать события в Сребренице «геноцидом»?

— Очевидно, что цель — представить сербский народ, проживающий по всей территории бывшей Югославии, «геноцидным» и назначить его «главным виновником распада СФРЮ». Мне известно, что после того, как министр Лепосавич, выступая в парламенте Черногории, отказался признавать события в Сребренице «геноцидом», он получил огромное количество сообщений о поддержке. Причем они поступили не только от членов правительства Кривокапича, но и от самого премьера. Тогда он разделял позицию Лепосавича в отношении этого совершенного в 1995 году преступления, которое само по себе никто не отрицает. Однако после давления со стороны посольств некоторых стран, входящих в НАТО, Кривокапич все же решил запустить процесс отставки Лепосавича. И это один из ключевых показателей того, что Черногория — глубоко порабощенная страна, если не сказать колонизированная. Страна, которая не в состоянии сделать ни единого шага без согласования с посольствами определенных стран. 

Премьер Кривокапич в письме к народу объяснил, что отставка Лепосавича необходима, поскольку «текущее положение дел [в стране] <…> нивелирует важность любых личностей перед стратегической целью — лишить ДПС власти, что подразумевает если не согласие, то хотя бы понимание со стороны части международного сообщества».

— Если бы премьеру Кривокапичу было дело до лишения ДПС власти, у нас в правительстве не было бы трех министров, голосовавших за эту партию на выборах 30 августа. Не было бы в нем и главного переговорщика с ЕС, человека, который ранее был советником экс- премьера Марковича. И директором Управления кадров был бы не кадр ДПС. 

Стало совершенно очевидно, что все эти высказывания «о необходимости лишения ДПС рычагов власти» озвучиваются всякий раз, когда предпринимаются шаги к укреплению позиций ДПС. Я рекомендую премьеру Кривокапичу либо искать новый нарратив, либо – что намного важнее – начать исполнять обязанности в соответствии с интересами граждан, которые за него голосовали.

Как Вы считаете, почему премьер постоянно подчеркивает значение позиции международного сообщества практически при каждом своем политическом решении?

— Очевидно потому, что он не готов брать на себя ответственность за предпринимаемые им шаги, и ему необходимо алиби. Потому-то он позиционирует мнение международного сообщества как некую «визу» на всех ошибочных решениях, которые он принимает. Но премьера выбирало не международное сообщество, а граждане Черногории, причем они отталкивались от ясных идеологических принципов, от которых он сейчас отрекается. Премьер Кривокапич больше не может говорить, что «он не политик» и не имеет опыта работы в должности премьера. Он занимает этот пост шесть месяцев и уже должен начать вести себя как председатель правительства, а не как человек, который, совершая, каждую новую ошибку, ссылается на кого-то другого.

Премьер ранее заявлял, что правительство с участием ДФ «на самом старте обладало бы более низким рейтингом», а «соответствующие международные институты не оказали бы ему всесторонней поддержки». А недавно он объяснил данное решение и тем, что ДемФронт якобы «курируется извне Черногории», намекая на Белград. Что вы об этом думаете?

В правительстве Черногории нет представителей каких-либо политических партий, исключение составляет вице-премьер Дритан Абазович, лидер гражданского движения «УРА» — прим. ред. 

— Это было бы смешно, если бы не было так грустно. Заявление сделал тот же самый человек, который не вылезает из посольств стран-членов НАТО, который из-за каждой кадровой дилеммы или перед любым внешнеполитическим решением отправляется на консультацию [с западными дипломатами], а потом представляет [их мнение] как официальную позицию правительства. 

Стоит ли добавлять, что премьер Кривокапич был в нашем коалиционном списке — списке «Демократического фронта»? В то время репутация ДФ почему-то не представляла для него проблемы, — как и тогда, когда он при поддержке наших голосов стал премьером. Когда мы уступаем ему первое место в нашем списке, финансируем его кампанию и выдвигаем его на должность премьера, репутация ДФ его устраивает. А когда мы его критикуем, потому что он предал волю граждан, вдруг выясняется, что нет. 

Как получилось, что именно Кривокапич возглавил список вашей коалиции «За будущее Черногории»?

— Здесь нет никакой тайны. Здравко Кривокапич возглавил список по предложению Сербской православной церкви, в частности, митрополии Черногорско-Приморской и конкретно владыки Иоанникия (епископа Будимлянско-Никшичского, временного администратора Черногорско-Приморской митрополии — прим. ред.) и ректора семинарии Гойко Перовича. Они нам гарантировали, что Кривокапич будет полностью следовать идеологической, программной и предвыборной платформе нашей коалиции. К сожалению, Здравко Кривокапич с первого же дня на посту премьера дистанцировался от этой платформы и таким образом предал тех, кто его нам рекомендовал, кто его поддерживал. 

Пользуясь случаем, хочу еще раз призвать его вернуться к «Демократическому фронту», к своим идеологическим началам. Ведь позиция, которую он в данный момент занимает, для него крайне сложна, и, как мне кажется, абсолютно бесперспективна.

Вы упомянули возможность реконструкции правительства. Возможно ли такое развитие событий? Правда ли, что «Демократическому фронту» предлагали места в правительстве? Остается ли это предложение в силе? 

— Это вопрос, прежде всего, к премьеру. Мы готовы к любой форме диалога, которая бы способствовала стабилизации правительства и парламентского большинства и основывалась бы на понятных принципах, которые никто не может поставить под сомнение. А в данном случае это избирательная воля граждан и реализация тех задач, что они нам доверили. Возможна и реконструкция, и избрание нового правительства, и досрочные выборы. Я никогда не поддерживал последнего сценария, но если мы окажемся в серьезном политическом кризисе, который нельзя решить с помощью диалога, вариантов останется не так много. Или Здравко Кривокапич войдет в коалицию с ДПС и создаст новое парламентское большинство, а мы останемся в оппозиции, – или пойдем на выборы. 

Мы наблюдаем ситуацию, когда отдельные представители церкви — например, владыка Иоанникий, — открыто начинают поддерживать блок «Демократов» (спикера Алексы Бечича) и сторониться ДФ. Владыка поблагодарил именно «Демократов» за принятие поправок к скандальному «Закону о свободе вероисповедания», хотя очевидно, что «Демократический фронт» оказывал Церкви намного большую поддержку в этом вопросе. 

Закон о свободе вероисповедания, принятый в декабре 2019 года парламентским большинством депутатов от ДПС, поставил под угрозу изъятия имущество черногорских епархий Сербской православной церкви и спровоцировал массовые протесты в стране.

Это вопрос, скорее, к владыке Иоанникию. Я не держу зла на него. Все, что я сделал для защиты имущества и духовного наследия Сербской православной церкви, я делал исходя из своей веры, а не ради политических очков. Меня арестовывали, моя мать была задержана, вся моя семья посвятила себя этой борьбе. И я совершенно спокоен и горжусь всем, что было предпринято в тот период и мною лично, и «Демократическим фронтом». Владыка Иоанникий, как один из иерархов СПЦ, имеет право на определенные симпатии и к другим политическим движениям и группам. Я ничего против этого не имею, и это ни в коем случае не изменит мою позицию относительно необходимости сохранения канонического единства СПЦ. 

Почему так затягивалось принятие законов о прокуратуре, весь это позволило бы наконец-то избавиться от кадров Мило Джукановича в судебной сфере? 

— К сожалению, премьер Кривокапич не воспользовался возможностью предложить принять пакет законопроектов о прокуратуре, которые запустили бы процесс реформирования черногорского правосудия. В итоге это сделало парламентское большинство. Но затем, под давлением Специальной государственной прокуратуры — и, вероятно, с помощью неких компрометирующих материалов, – некоторые депутаты отозвали свои подписи. Сейчас, полагаю, мы сумели найти решение, удовлетворяющее всех представителей парламентского большинства, а это означает восстановление нормальной работы парламента (ДФ отказывался голосовать за любые законопроекты, пока не будут приняты поправки к законам о прокуратуре — прим. ред.). Безусловно, мы ожидаем подписания этих законов, чтобы положить конец симбиозу организованной преступности и верхушки черногорской прокуратуры.

Есть ли шанс восстановить отношения Черногории и России?Например, с помощью парламентской инициативы о создании т.н. «групп дружбы», выдвинутой Вашим соратником по ДФ, вице-спикером Страхиней Булайичем?

— Безусловно, группу дружбы с Россией необходимо восстановить. Я и сам не раз заявлял, что и сейчас готов лично способствовать восстановлению отношений между Черногорией и Россией. Еще раз повторю: вины России в их ухудшении нет. Напротив, Москва сделала все для их улучшения. Однако некоторые внешнеполитические шаги — например, продление антироссийских санкций, — дополнительно их осложнили. На данный момент нет прямых рейсов между Россией и Черногорией, нам запрещен экспорт в Россию вин и продуктов, по которым мы так славились и которые в значительной мере влияли на наполнение нашего бюджета. Таким образом, все, что было сделано 4 декабря (день объявления состава нового кабмина Черногории — прим. ред.) и привело к ухудшению отношений между нашими странами, – вина исключительно правительства Здравко Кривокапича. 

Показателен и такой момент: в тот день, когда премьер Кривокапич разговаривал с министром иностранных дел РФ Сергеем Лавровым, Черногория присоединилась к санкциям против России, а перед этим глава правительства просил около 300 тыс. доз вакцин, которые Россия обещала Черногории.

В интервью журналу «Эксперт» Кривокапич заявил, что на замечания Лаврова о необходимости «перейти от слов к делам» он ответил, что «ничего не обещал России, поскольку был вне политики». Наверное, для него эти моменты не связаны между собой…

— Такая позиция нагляднее всего говорит о серьезности намерений нашего премьера. Он желает извлекать из политического процесса только то, что его устраивает. Если его что-то не устраивает, он ведет себя так, будто только вчера занял самую ответственную в стране должность, согласно нашей Конституции. Я полностью понимаю то, что озвучил господин Лавров. Если премьер постоянно говорит о необходимости улучшения отношений между Черногорией и Россией, о братских странах, об исторических союзниках, то для начала ему следовало бы отозвать решение о присоединении к антироссийским санкциям, как и другие постановления исключительно антироссийского характера, принятые за время его мандата.

Здравко Кривокапич объяснил, что ожидает от России такого же отношения к Черногории, как и к Болгарии, и к Хорватии: они тоже ввели санкции, но их сотрудничество с Москвой — на хорошем уровне. Мол, почему Россия не относится и к Черногории так же корректно?

— Полагаю, Черногория не в том положении, чтобы играть определяющую роль во внешней политике Российской Федерации. Отношения между Черногорией и Россией намного более специфичны, они значительно серьезнее и глубже, чем с Хорватией, оттого более чувствительны к некоторым внешнеполитическим решениям. 

Присоединение к санкциям против России не является ни обязанностью Черногории, ни условием для вступления в ЕС, — ведь Сербия и Босния и Герцеговина же не ввели санкции. Таким образом премьер Кривокапич шлет сигнал, что ему нет дела до потепления между Черногорией и Россией. Напротив, он любыми способами дополнительно провоцирует российское руководство. А его объяснения лишь подтверждают мой тезис о том, что именно на Подгорице лежит вина за ухудшение контактов между нашими государствами.

В российских СМИ активно обсуждался скандал вокруг якобы имевшей место утечки данных Агентства национальной безопасности (АНБ) во время заседания парламентского комитета по безопасности. Как глава комитета, объясните, что на самом деле произошло? 

В марте новый директор Агентства национальной безопасности Черногории Деян Вукшич озвучил в парламенте имена двоих сотрудников АНБ и их натовских коллег, а также детали их совместной операции, по некоторым данным, направленной против российской разведки. Оппозиция потребовала отправить главу спецслужбы в отставку и привлечь его к уголовной ответственности за разглашение гостайны.

— На мой взгляд, не произошло ничего особенного или скандального, что могло бы повлиять на глобальное равновесие в мире, в частности, баланс сил между Россией и странами НАТО. Речь идет об одном упущении АНБ, которым сейчас занимается прокуратура. В соответствии с Законом о секретных данных и парламентском надзоре, который обязывает к сохранению государственной тайны, я не могу раскрывать подробности: процедура проверки еще не завершена. Однако, насколько я могу судить, не произошло ничего фатального и даже конспирологического, как это пытаются представить некоторые коллеги.

То есть со стороны стран Запада не поступало серьезной критики и угроз о сокращении сотрудничества в данной сфере?

— Как глава комитета по безопасности и обороне, я не услышал ни критики, ни приглашения от наших партеров из Альянса побеседовать на эту тему. Думаю, это достаточно красноречиво говорит о том, как они к этому отнеслись. Не знаю, были ли разговоры с кем-то еще, но я в любом случае открыт к любой форме диалога. Ведь я с самого начала заявил, что это я был одним из тех, кто выступал за проведение референдума по вопросу вступления Черногории в Альянс. Тем не менее я принимаю фактическое положение вещей: Черногория является членом НАТО. На посту главы комитета по безопасности и обороне я оказываю должное уважение тому, что является моей конституционной и законной обязанностью, но при каждом удобном случае напоминаю, что я совершенно не изменил своим идеологическим принципам.

Зачем президент Черногории Мило Джуканович в последние десять лет все сильнее раскручивает маховик сербофобии и русофобии?

Речь идет о политическом курсе, который Джуканович взял после референдума 2006 года (по итогам которого Черногория вышла из состава Государственного союза Сербии и Черногории — прим. ред.) и создания «частного государства». Он начал воплощать в жизнь идею того, что Черногория принадлежит западной цивилизации. Это подразумевает разрыв с нашим национальным прошлым, духовностью, традицией — со всем, что является основой черногорской государственности, которая корнями уходит во времена династии Неманичей — в ХII-ХVI века — и лучше всего иллюстрирует принадлежность Черногории как раз к другой цивилизации. 

Разумеется, Россия, — как наш исторический союзник и защитник, государство-гарант получения нами независимости на Берлинском конгрессе 1878 года, — сейчас позиционируется как наш враг. В Черногории ныне ведется идеологическая борьба: принадлежим ли мы к цивилизации, частью которой никогда не являлись, или же находимся на линии столкновения Востока и Запада? В таком случае нам следовало бы сохранять самые лучшие отношения и с Россией, и с Западом, а не выбирать одну сторону и поворачиваться спиной к тем, кто был нашим союзником на протяжении веков, — к нашим братьям.



© 2018-2021 Балканист. Все что нужно знать о Балканах.

Наверх