«Как важно быть в контексте»: зачем Песков сравнил Донбасс со Сребреницей?

В конце минувшей рабочей недели пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков допустил сравнение, которое так всколыхнуло общественность, что дискуссии не утихали все выходные. Говорил господин Песков вообще-то о Донбассе, а «попал» — в сербов. 

«В случае начала боевых действий и в случае потенциального повторения там человеческой катастрофы, похожей на Сребреницу, о чем уже говорил, кстати, президент (Владимир) Путин, ни одна страна мира не останется в стороне. И все страны, включая Россию, будут принимать меры, чтобы таких трагедий больше не случалось, — заявил пресс-секретарь российского лидера. — Еще раз повторяю, что все страны мира и все цивилизованные страны мира, европейские государства в случае повторения Сребреницы на юго-востоке Украины будут этому всячески противодействовать с тем, чтобы не допустить катастрофы, чтобы избежать массовой гибели, массового убийства людей». 

Как можно было ожидать, заявление получило весьма однозначное толкование, что Дмитрий Песков назвал события, которые происходили в Сребренице в 1995 году, «геноцидом», из чего проистекает, что сербов он косвенно окрестил «агрессором» и поставил в один ряд с Вооруженными силами Украины. 

Неудачно подобранная Песковым аналогия спровоцировала обвинения пресс-секретаря главы государства в том, что он не знает истории гражданской войны в Боснии, допускает халатное отношение к столь болезненной для сербского народа теме и чуть ли не пытается устроить международный скандал… Тем не менее хотелось бы обратить внимание на два момента. 

Во-первых, было бы действительно удивительно, если бы пресс-секретарь президента не был в курсе того факта, что Россия в 2015 году наложила вето на проект резолюции Совета Безопасности ООН, в котором убийство боснийских мусульман в 1995 году в Сребренице классифицируется как геноцид. Во-вторых, Песков не произносил этого страшного слова. Речь шла о человеческой катастрофе. 

История кровавых событий в боснийском городе Сребреница действительно является человеческой катастрофой. Особенно важно тут подчеркнуть, что драма, которая произошла 11 июля 1995 года, была кульминацией, — а предшествовала ей цепочка событий, которые и привели к кровавой развязке. Начиная с 1993 года сербское население города и близлежащих районов регулярно подвергалось нападениям со стороны военных формирований бошняков. На протяжении почти трех лет мусульмане занимались эскалацией конфликта, обострением противостояния и провоцированием сербском стороны. Для полноты картины вспомним, что в Республике Сербской ежегодно проходит панихида в память о погибших в районе Сребреницы трёх с лишним тысячах сербов — и мирных жителей, и солдат. Отсюда следует вполне логичный вывод: говорить о событиях 11 июля (когда боснийские мусульмане полегли под сербскими пулями), но при этом молчать о предыдущих эпизодах войны и сербских жертвах, — это, по меньшей мере, лукаво. Здесь крайне важен контекст события. 

Тем не менее именно столь лукаво и поступает Запад, пытаясь выставить сербов «агрессором, устроившим геноцид боснийских мусульман в Сребренице». Естественно, сербы возмущены этими попытками. Конечно, Россия сказала этим трактовкам своё «нет» на площадке Совбеза ООН. Безусловно, слова Дмитрия Пескова в этой связи вызвали негативную реакцию.

Плохая для нас новость состоит в том, что поднятая в своё время Западом информационная волна настолько крепко склеила в сознании широкой публики понятия «Сребреница» и «геноцид», что, услышав название этого боснийского города, в голову неизбежно лезет второе слово (такое вот «боевое» нейролингвистическое программирование). Те, кто обвинил Пескова в попытке провести неуместную аналогию между Донбассом и Сребреницей, как раз и услышали слово «геноцид», в то время как  сказанное им словосочетание «человеческая катастрофа» — понятие более широкое. 

Человеческая катастрофа — это все, что происходило и в Сребренице, и в охваченной войной Боснии в целом. Это гражданские потери, которые понесли все стороны конфликта. Это оборвавшиеся жизни и судьбы сербов, мусульман и хорватов. Эта трагедия, которая коснулась всех. 

Подобно тому, как из всей песни нам часто запоминается лишь припев, многоаспектную историю военного конфликта в Боснии часто сводят к связке «геноцид—>Сребреница» потому, что это сочетание чаще всего повторялось в СМИ. Самой предсказуемой реакцией на попытку допустить иные трактовки оказывается порождение нового витка дискуссии, что нам наглядно и продемонстрировал господин Песков.

Пресс-секретарь президента, говоря о «повторении Сребреницы», едва ли имел в виду одно лишь 11-е июля. Сребреница — синоним трагедии, предпосылки к которой складывались весьма значительное время. И ответственность за эту катастрофу несут не только стороны конфликта, но и международные силы, которые взяли на себя функции миротворцев, но на практике отнеслись к их реализации весьма халатно. 

Тем не менее и господину Пескову стоило бы учитывать контекст боснийского дискурса. Ведь если широкой публике твердят словосочетание «геноцид в Сребренице», то такие острые метафоры предсказуемо вызовут только лишь возмущение.

© 2018-2021 Балканист. Все что нужно знать о Балканах.

Наверх