Сербский адвокат, бросивший вызов НАТО: В 1999-м мы получили в сто раз большее загрязнение, чем Хиросима и Нагасаки

Сербский адвокат Срджан Алексич уже несколько лет пытается привлечь Североатлантический альянс к ответственности за использование обедненного урана в ходе бомбардировок Союзной Республики Югославии в 1999 году и через суд добиться выплаты компенсаций жертвам натовской агрессии.

Господин Алексич, ваше имя хорошо известно в Сербии, а о вашей работе знают уже и за ее пределами. Вы обвиняете НАТО в том, что бомбардировки Югославии обедненным ураном повлекли за собой невиданный рост онкологических заболеваний среди граждан. Что сподвигло вас заняться этим весьма проблематичным делом?

— Это дело для меня, помимо прочего, личное. Я родился в селе Буштране, в муниципалитете Прешево на юге Сербии, как раз на границе между Македонией и Косово. Мое село 78 дней беспрерывно бомбили урановыми боеприпасами, потому что там были сконцентрированы значительные силы сербской армии. Тут ожидалось наземное вторжение Североатлантического альянса, и поэтому большое количество солдат, танков, всего прочего вооружения было сконцентрировано именно в Буштране. Конечно же, НАТО по ним «работало».

После бомбардировок, продлившихся два с лишним месяца, большое число жителей села заболели раком. Многие мои родственники и приятели умерли. От последствий бомбардировок обедненным ураном скончалась и моя мама. Это случилось всего 4 года назад. Когда я узнал, что у нее рак, стал разбираться в причинах его возникновения. Выяснилось, что он вызван воздействием обедненного урана. Когда она была еще жива, я получил от коллеги из Словении судебные выписки из дел итальянских военных, в которых доказывалась причинно-следственная связь между применением боеприпасов с обедненным ураном и возникновением онкологических заболеваний. Поняв все, я потратил четыре года на подготовку первого иска в суд. Я объехал, можно сказать, весь мир — от Китая и России до Австралии, Европы и США. Разговаривал с нашими людьми, консультировался с диаспорой, искал подходящие решения, как лучше сформировать и подать иск. В итоге я организовал два международных симпозиума, на которые пригласил ученых из всех областей: от юристов до профессоров медицины и физиков, чтобы разобраться в теме. Я позвал и представителей армии Италии, их ветеранские объединения, которые борются за права заболевших и умерших от рака товарищей по оружию. Пригласил я и итальянского адвоката Анджело Тарталья из Рима, которому удалось выиграть суд по делу итальянских военных, заболевших раком от воздействия частиц обедненного урана. Он дважды бывал в Сербии до того, как мы подали иск против НАТО. Адвокат Тарталья даже стал членом адвокатской палаты города Ниш: я помог ему в этом.  Вместе с ним я подал первый иск против блока НАТО в январе 2021 года. Затем в том же месяце — еще три. Так что теперь в суде находится четыре наших иска.

Судебное разбирательство уже началось? Какова была реакция с той стороны?

— По первому делу в НАТО еще не получили официальных бумаг. В связи с этим мы ждем от нашего министерства юстиции соответствующих объяснений и надеемся, что в офис НАТО доставят документы об иске против альянса. В нем мы требуем возмещения ущерба в размере более 100 тыс. евро за каждого нашего больного. Считаем, что это самая минимальная сумма компенсации за тот вред, который нанес нашим гражданам альянс.

Это много или мало?

— На самом деле, сумма компенсации по таким случаям заболевания или вызванной им смерти обычно гораздо выше. Например, в Италии иск выставляется на сумму от 300 тыс. до миллиона евро! Это применительно к их солдатам, офицерам и гражданским сотрудникам различных миссий, которые находились на территории Косово и Метохии, а впоследствии заболели.

В Италии на сегодня закончено рассмотрение 260 судебных дел [об онкологических заболеваниях, вызванных воздействием обедненного урана], которыми занимался как раз адвокат Тарталья. Он потратил на это 20 лет. Свой огромный опыт и знания, которые он приобрел в Италии, он теперь хочет применить и в Сербии. И мы будем работать совместно.

angelo fiore tartalja tartaglia
Анджело Тарталья. Фото: Tanjug (Sava Radovanović)

Адвокат Анджело Тарталья — итальянский юрист, выигравший более двухсот дел о выплате компенсаций итальянским военным, проходивших службу на Балканах. Тарталье удалось доказать в суде, что онкологические заболевания у них были напрямую связаны с пребыванием в зоне применения боеприпасов с обедненным ураном в ходе агрессии на Югославию в 1999 году.

«В Италии я выиграл 260 судов по выплате компенсации за ущерб здоровью итальянских военных, нанесенный действием обедненного урана. Кстати, в судебных решениях констатируется, что на Балканах до сих пор существует серьезное радиационное загрязнение, вызванное бомбардировками. И я думаю, что сегодня уже созданы все условия, чтобы выиграть похожие дела и в судах Сербии», — заявил Тарталья в комментарии «Балканисту».

Господин Алексич, вы плотно сотрудничаете с итальянцами. Помимо Тартальи вам еще кто-то помогает?

— Конечно. Не так давно я разговаривал, например, с доктором Челли, профессором медицины из Милана. Она была членом итальянской государственной комиссии, занимавшейся утверждением причинно-следственной связи между возникновением онкологии и обедненным ураном. Челли выразила желание выступить свидетелем по делам наших военных и полицейских, служивших в Косово, а впоследствии заболевших.  

Вы беретесь только за дела военнослужащих? Почему?

— Вначале мы подадим иски только от лица офицеров армии и полиции, а также находившихся во время агрессии НАТО в Косово резервистов, у которых были выявлены те же разновидности онкологических заболеваний, что и у итальянских военных. Мы хотим, чтобы дела были идентичными. А позднее будем защищать в суде и интересы гражданских лиц.

Насколько активно НАТО применял боеприпасы с обедненным ураном в ходе агрессии на Югославию?  

— Официально заявлено, что на территорию Косово и остальную Сербию было сброшено более 15 тонн обедненного урана. По подсчетам [сербских] военных, это количество больше – примерно 30 тонн. А представители российских вооруженных сил считают, что на нас сбросили все 45 тонн урановых боеприпасов. Однако НАТО, как я уже сказал, признает только 15 тонн.

По территории нашей страны было нанесено более 2 тысяч ракетно-бомбовых ударов с использованием различного вооружения, от крылатых ракет «Томагавк» до бомб и всего прочего. Считается, что в этих ракетах может находиться до 20 кг обедненного урана. Мы получили в сто раз большее радиационное загрязнение, чем в свое время Хиросима и Нагасаки. В 1999 году НАТО буквально загадил живую среду – и землю, и воду, и воздух! Те вредные частицы, которые оказались в воздухе, загрязнили не только Сербию, но и Албанию, Северную Македонию, Болгарию, Румынию и Венгрию. И там ощущаются последствия бомбардировок обедненным ураном.

Проблема онкологии, вызванной применением боеприпасов с обедненным ураном, всплыла на поверхность именно после Косово? Почему об этом никто не говорил ранее?

— Удары по Сербии, точнее, Союзной Республике Югославии (а часть урановых бомбардировок пришлась и на Черногорию — в районе полуострова Луштица), загрязнили значительную часть Балканского полуострова. В Италии онкологические заболевания, приобретенные их военнослужащими за время службы в Косово, называют «Балканский синдром».  Этот термин используют специалисты, и под него подпадает примерно 10 специфических разновидностей рака, вызванного радиацией.

Причинно-следственная связь «обедненный уран — рак», которая лежит в основе наших исков, доказана еще американскими исследованиями 1976-1978 годов, проведенными на базе «Энджел» в Калифорнии. Частицы тяжелых металлов и обедненного урана, найденные тогда на одежде и в крови американских солдат, идентичны обнаруженным в организме итальянских военных, служивших в Косово, в Боснии, Ираке и Афганистане, где использовались боеприпасы с обедненным ураном. То, что частицы обедненного урана вызывают онкологию, подтверждают и исследования профессора Челли, и доктора Ангелы Гатти — ведущего онколога из Рима, проведенные на базе одной из итальянских больниц.

Удастся ли доказать, что у сербских военных — та же проблема; что причина заявленных случаев болезни именно в уране?

— Мы планируем провести диагностику наших военных в официальных клиниках и государственных лабораториях Сербии, чтобы найти следы частиц обедненного урана в их крови и доказать причину их болезни. Полученные результаты мы отдадим на перепроверку и подтверждение итальянским специалистам, которые в Верховном суде Италии уже сумели доказать взаимосвязь между присутствием урановых частиц от боеприпасов в теле человека и возникновением раковых опухолей. Подтверждает эту связь и ВОЗ.

Если я не ошибаюсь, со стороны Сербии ведь уже предпринимались попытки судить НАТО?

— Еще в 2008 году мы подали иск в Гаагский суд на страны НАТО за бомбардировку нашей территории обедненным ураном, но этот иск был отозван сербским правительством.

Это был коллективный иск. От него в итоге отказались. Я настаивал, чтобы мы подали иски непосредственно в национальные суды: в Берлине, Риме, Париже, Лондоне, Вашингтоне… Но и от этой идеи отказались. Дело в том, Североатлантический альянс обладает статусом юридического лица. И как организация, располагающая собственными финансовыми средствами, он обязан возместить ущерб. Ведь НАТО заключает с отдельными странами соглашения, как заключил с Сербией в 2006 году так называемый договор «Партнерство во имя мира». 

В общем, НАТО обязано возместить нанесенный нам ущерб. И мы будем судиться с альянсом в сербском суде, ведь ущерб был причинен в Сербии. Нужно, чтобы нашим судьям хватило смелости, как итальянцам, вынести справедливый вердикт, и мы могли бы осудить НАТО как организацию, совершившую агрессию на Сербию и осуществившую геноцид.

Геноцид?

— Применение боеприпасов с обедненным ураном в данном случае – это военное преступление против гражданского населения. Это подтверждает и вердикт Окружного суда в Белграде от 2001 года, которым руководство НАТО и ряд западных лидеров были заочно осуждены на длительные сроки заключения. Некоторые получили 20 лет тюрьмы. Это приговоры первой инстанции, которые были отменены, но обвинение снято не было. Наша страна в любой момент может снова начать судебное разбирательство, но сделают это власти или нет, я не знаю. А что касается наших дел, то я, как адвокат, вместе со своей командой, господином Тарталья и другими юристами, готовлю серьезные иски. Каждый месяц мы будем подавать по два новых в суд, в них мы будем требовать признания того, что право граждан Сербии — как и косовских албанцев — на жизнь было нарушено. Ко мне в офис обращаются и албанцы, заболевшие раком. И они тоже хотят справедливости. У них ведь еще больший процент людей с онкологией в результате бомбежек 1999-го года. На юге Сербии есть город Вранье, также подвергшийся урановым бомбардировкам. В 2,5 км от его центра находится гора Плячковица. Люди живущие там, через одного заболели онкологическими заболеваниями. Есть целые улицы, где нет дома, в котором кто-нибудь не заболел или не умер бы от рака.

Совсем недавно в местных СМИ прошла информация, что Сербия оказалась на первом месте по смертности от рака в Европе. Проблема действительно столь серьезна? И она как-то связана с обедненным ураном? Есть ли шанс выправить ситуацию?

— У нас в Сербии целая эпидемия. С каждым годом все больше и больше заболевших онкологией. Все больше молодых людей страдают бесплодием — и мужчины, и женщины. И последствия применения урановых боеприпасов мы будем ощущать на себе еще очень долго.

НАТО было в 600 раз сильнее Сербии в военном отношении, и в использовании боеприпасов с обедненным ураном не было вообще никакой необходимости. Мы считаем, что они просто хотели вызвать далеко идущие губительные последствия, ведь период полураспада урана — 4,5 миллиарда лет! А это значит, что этим ураном Сербию «одарили» на вечность.

Через суд мы требуем от НАТО возместить нашим гражданам ущерб. При этом мы призываем наше государство заставить страны альянса очистить от обедненного урана оставшиеся загрязненными территории. Ведь это их [натовцев] рук дело. Все это влияет на природу и на население. И еще я считаю, что государство должно бесплатно лечить наших граждан. Как, например, в Италии, где военнослужащие и гражданские лица, находившиеся ранее в Косово, получают бесплатное лечение за счет итальянского правительства. Потому что их государство утвердило причинно-следственную связь между возникновением онкологии и службой в зоне применения боеприпасов с обедненным ураном. В Италии достаточно, чтобы кто-нибудь находился на территории, подвергшейся бомбардировке, в течение месяца, чтобы государство выплатило ему компенсацию и бесплатно лечило его. Наша страна по мере своих возможностей должна сделать то же самое. Государство, в соответствии с законами и Конституцией, должно помогать гражданам, чье право на жизнь было ущемлено. Но тот, кто нанес ущерб, несмотря ни на какое будущее сотрудничество, должен его возместить. Я надеюсь, что судьи будут достаточно смелыми, чтобы осудить виновных. Итальянский суд, к слову, осудил и представителей собственного министерства обороны, которые отправили своих граждан на территории, подвергшиеся бомбовым ударам с использованием обедненного урана, без защитных средств.

Господин Алексич, каковы, по-вашему, шансы на победу? Известно, что НАТО и Запад в целом попросту игнорируют и не рассматривают всерьез решения сербских судов. Что заставляет вас продолжать борьбу?

— Я думаю, что решения любого суда — будь то Сербии или самой маленькой страны мира — должны уважаться и исполняться. Альянс обязан уважать судебные решения. Я не разделяю сомнений отдельной части наших граждан, считающих, что с такой огромной силой, как НАТО, невозможно совладать. Я верю, что правда и правосудие достижимы.

Главное, чтобы наш суд вынес соответствующий вердикт, а мы уж потрудимся, чтобы стребовать с отдельных правительств стран альянса, или с Брюсселя, исполнения решений. Сербия — подписант Венской конвенции, согласно которой с иностранных частных и юридических лиц судебным решением может взыскиваться выплата компенсаций. Все, кто не верит в саму идею призвать НАТО к ответу, говорят, что это невозможно. Но я не пессимист! Я верю в победу! Пусть сначала суды вынесут решения в нашу пользу, и тогда мы с господином Тарталья найдем пути решения проблемы для наших пострадавших сограждан. 

Вы не сможете требовать возмещения ущерба, если у вас нет вообще никакого решения суда, подтверждающего ваше право на компенсацию. К тому же, негатив на старте, недоверие отдельных граждан, смеющихся над нашими усилиями, может оказывать на нас ненужное деморализующее воздействие. Мы стараемся не обращать на это внимание, а я лично верю, что Бог — на небе, а судья — на земле. Нужно просто поддержать наших судей, чтобы они смело выносили решения, а мы бы привели эти решения к исполнению. Может и государство нам поможет: выплатит этот ущерб, а потом взыщет средства со стран НАТО. Властям проще решить этот вопрос, — но при наличии решения судебных органов. Еще каких-то лет десять, и о проблеме попытаются совсем забыть. Мы этого, конечно, не позволим. Представители тех, чьи близкие заболели или умерли, или мы – адвокаты, представляющие своих клиентов (а к нам обратилось уже около 3 тыс. человек, считающих, что они заболели раком в результате воздействия обедненного урана), сделаем все, чтобы добиться правды.  

Фото: Medija centar Beograd

© 2018-2022 Балканист. Все что нужно знать о Балканах.

Наверх