Как Румыния почти поглотила Молдавию

Подлинным победителем последних президентских и парламентских выборов в Молдавии можно считать даже не Майю Санду, а во многом стоящую за ней Румынию. Соседняя страна давно трудится над переформатированием сознания молдаван, и, к сожалению, достигла в этом больших успехов. Румынам удалось создать относительно притягательный образ своей страны, и всё больше молдаван начинает отождествлять себя с ней. И если ничего не изменится, Молдавию в скором времени можно будет считать потерянной для России. 

Сегодня Майя Санду и её сторонники контролируют все ветви власти в Молдавии. Но правильнее было бы сказать так: молдавскую политику через них во многом контролируют президент Румынии Клаус Йоханнис и премьер Флорин Кыцу. Сама Санду во время предвыборной кампании и не пыталась скрывать своё румынское гражданство. В правительстве и высших судебных инстанциях тоже преобладают люди с румынскими паспортами. Одного этого достаточно, чтобы можно было говорить об очевидном успехе Бухареста.

Своих целей относительно поглощения Молдавии румыны особо не скрывали с самого момента распада СССР. Но первый блин вышел комом: война в Приднестровье окончилась поражением сторонников «унири» (так называется присоединение Трансильвании к Румынскому королевству 1 декабря 1918 года, завершившее формирование Великой Румынии, — прим. Б.). Молдавия оформилась как независимое государство со своей внутренней и внешней политикой. На выборах 1998-2005 гг. прорумынские силы собирали не более 8-9% голосов. Перепись 2004 года показала, что румынами считают себя 2% жителей Молдавии, румынский язык родным – 16%. Не густо для объединения…

Собственно говоря, и сама Румыния в то время не казалась молдаванам особо притягательной страной. Как и на постсоветском пространстве, в ней провели реформы, которые привели к массовому обнищанию. Уровень доходов населения уступал России. Вставшие заводы, заброшенные поля и сады, криминальная приватизация, массовый отток населения на заработки в Западную Европу, не решаемая цыганская проблема – вот портрет Румынии того времени. Да, Молдавия всё равно была беднее, но ненамного. 

Президент Румынии в 1996-2000 гг., уроженец Бендер Эмиль Константинеску проявлял к Молдавии повышенный интерес. Именно при нём началась раздача молдаванам румынских паспортов. Но ему больше пришлось сосредоточиться на вступлении в ЕС и НАТО. К слову, при нём этих целей Румыния не достигла: её причислили к отстающим, а затем и вовсе «отцепили» от большого расширения Евросоюза в 2004 году. Так что явить молдавским землякам какие-то явные успехи Константинеску не мог. Да и личной харизмы ему не хватало.

Плотнее занялся Молдавией яркий политик Траян Бесеску — президент Румынии в 2004-2014 гг. Именно при нём страна вошла в Евросоюз. Бэсеску с самого начала призвал работать над тем, чтобы «восстановить историческую справедливость» и вернуть Молдавию в состав Румынии. При нём увеличился масштаб раздачи паспортов, активно шло привлечение молдавских студентов в румынские вузы. На молдавской территории стали активно работать румынские НКО. Разумеется, румынам помогали ЕС, НАТО, США и Германия. Сбрасывать со счетов их усилия ни в коем случае нельзя. 

Очевидного успеха Бэсеску достиг весной-летом 2009 года. Тогда в Кишинёве случились послевыборные погромы, многие участники которых несли в руках румынские флаги. Партию коммунистов и Владимира Воронина отстранили от власти, а и.о. президента стал «профессиональный румын» Михай Гимпу. На выборах 2009-2010 гг. откровенно прорумынская Либеральная партия набирала уже 13-15%, да и имевшие ещё больше либерал-демократы выступили за то, чтобы объявить румынский государственным языком (пока без «унири»).

Помимо массовой паспортизации, явно не без участия Бэсеску проводилась румынизация высших должностных лиц Молдавии. Румынским паспортом обзавелись бывший президент Николай Тимофти, экс-премьер Владимир (Влад) Филат, почти все члены Конституционного суда. В 2013 году депутат румынского парламента Эуджен Томак открыл в Кишинёве свою приёмную. Проводить совместные заседания правительств двух государств стало обычной практикой. В школах Молдавии вовсю преподавали «Историю румын».

Нахрап, с которым действовал Бэсеску и его молдавские соратники, привёл к определённым подвижкам в сознании населения. Согласно переписи 2014 года, румынами считали себя около 7% жителей Молдавии, а румынский язык родным – все 24%. Точное число обладателей румынских паспортов официально не называли, но то и дело мелькала цифра в полмиллиона. Примечательно, что, хотя в том же 2014 году Евросоюз официально отменил визы для Молдавии, сдавать румынские паспорта народ явно не спешил.

В 2014 году Бэсеску сменил в президентском кресле Клаус Йоханнис. Этнический немец Йоханнис в публичных симпатиях к идее «унири» замечен не был, но процесс при нем продолжился. Румынские НКО и дальше активно работали в Молдавии, румынские вузы принимали всё больше молдавских студентов. В 2016 году Константин Кодряну стал первым депутатом румынского парламента, официально представляющим бессарабский избирательный округ. А среди прозападных молдавских политиков неграждан Румынии, кажется, не осталось вовсе.

Главное достижение Йоханниса заключается в том, что ему во многом удалось создать привлекательный образ Румынии с помощью очевидных успехов в экономике, а не только разговоров об историческом и языковом братстве. Румынская экономика стала одной из самых быстрорастущих в Евросоюзе. В страну потекли иностранных инвестиции. Средняя зарплата достигла 600 евро, а минимальная – 320. По данным показателям она опередила Россию. Безработица упала до рекордных 4%.

Безусловно, это не особо много, однако важна динамика. К моменту вхождения в Евросоюз ВВП по паритету покупательной способности на душу населения Румынии едва превышал 50% от среднего по ЕС. Страна едва опережала Болгарию. Но к 2020 году цифра достигла 70%. Румыны смогли опередить Хорватию и Латвию, почти догнали Польшу, Литву и Венгрию. Конечно, не обошлось здесь без прямой поддержки Евросоюза и денежных переводов от многочисленных румынских гастарбайтеров из той же Германии. Но на фоне Молдавии (у неё показатели были ниже более чем в два раза) успехи Бухареста всё равно впечатляли.

Сегодня пост главного судьи ЕС занимает румынский прокурор Лаура Кодруца Кёвеши. А имя она себе сделала на руководстве Антикоррупционным бюро Румынии. Её ведомство завело тысячи уголовных дел на чиновников, многих посадили. И хотя до полной победы над мздоимством стране далеко, отрицать румынские успехи невозможно. К примеру, в отличие от соседней Болгарии, которая продолжает вязнуть в трясине, Румынии удалось сделать рывок. Конечно, она осталась по европейским меркам бедной страной, но, если сравнить с Молдавией, румыны просто процветают.

Естественно, это не могло не произвести впечатления на молдаван, уставших от олигархов вроде Владимира Плахотнюка, Владимира Филата, Ренато Усатого или Илана Шора. Опросы показывают, что за последние годы число сторонников объединения с Румынией выросло до 33%. А президентом страны избрали Санду, которая прямо пообещала двигаться к объединению двух государств. Безусловно, пока этот вопрос нельзя считать решённым, но образ Румынии в глазах молдаван явно стал скорее положительным.

Румынию в России принято недооценивать, считая, что от неё ничего не зависит. Однако на деле получается, что Бухарест бросил Москве серьёзный вызов и планомерно выводит Молдавию из-под нашего влияния. Иначе вряд ли могло быть: Румыния намного активнее России работала с молдавским гражданским обществом. Среди молдавских политиков у неё была длинная скамейка запасных, а у России – толком никого, кроме Игоря Додона. Потому румынизация Молдавии продолжается. И весь вопрос пока в том, в какой точке она завершится. 

Вадим Трухачёв,
кандидат исторических наук,
политолог, доцент РГГУ

Также по теме: Кто добивается уничтожения национальной идентичности Молдавии?

© 2018-2021 Балканист. Все что нужно знать о Балканах.

Наверх