День Республики Сербской: 30 лет новейшему государству сербского народа

9 января 1992 года сербы Боснии и Герцеговины провозгласили создание своего государства. И Республика Сербская выстояла в борьбе с мусульманами и хорватами, которым оказал поддержку исламский мир и Запад.

Сербы, как и хорваты, живут на Балканах свыше тысячи трёхсот лет. Эти славянские племена переселились сюда с территории нынешней Украины в начале VII века нашей эры, ещё во времена Аварского каганата. На землях нынешней Боснии и Герцеговины (БиГ) славяне быстро ассимилировали остатки иллирийских племён. В книге императора Византии Константина Багрянородного «Об управлении империей», написанной в 948-952 годах, есть отдельная глава «О сербах и о стране, где они живут ныне». Именно там в числе сербских земель впервые упомянута Босния. 

В Средние века в рамках нынешней БиГ было создано несколько сербских феодальных государств. В частности, бановина, позже — королевство Босния, а также Герцогство Святого Саввы (Герцеговина). Север Боснии находился в составе Венгерского королевства (бановина Усора). В 1463-1528 годах вся нынешняя Босния и Герцеговина оказалась в составе Османской империи, и здесь начался ускоренный процесс исламизации славянского населения.

Когда в 1878 году Босния и Герцеговина попала под власть Австро-Венгрии, тут проживало 496,8 тыс. православных (42,8%), 448,6 тыс. мусульман (38,7%) и 209,4 тыс. католиков (18%). При этом абсолютное большинство православных составляли сербы, католиков – хорваты, а практически все мусульмане имели славянские корни. В XIX веке исламизированные боснийские славяне уж ощущали себя особой этнической общностью по отношению как к христианам, так и своим единоверцам туркам. По наблюдению российского этнографа Александра Гильфердинга, тех «они чуждались как неверных». 

Вена попыталась сконструировать особую, «боснийскую идентичность», однако в провинции, наоборот, ускорилось расслоение по этническому признаку. Если поначалу имперские власти вели относительно мягкую антисербскую политику – типа переселения немецких и русинских колонистов в сербские районы БиГ, – то с 1914-го начались откровенные репрессии против местных сербов. После убийства эрцгерцога Франца-Фердинанда по сербским кварталам Сараево и других городов Боснии и Герцеговины прокатилась волна погромов, совершавшихся мусульманами. 

С началом Первой мировой войны австрийцы, не полагаясь на лояльность боснийских сербов в боях с их соплеменниками из Сербии и Черногории, организовали шуцкор – вспомогательные добровольческие отряды, состоявшие, в основном, из мусульман. Задачей этих частей было предотвращение возможной партизанской войны в тылу имперской армии. Цель эта была достигнута. Главным образом — за счет безжалостного террора в отношении сербского населения. Укомплектованные хорватами и мусульманами австро-венгерские части также отличались жестокостью на оккупированных в 1915-1918 годах территориях Сербии. Это, в свою очередь, вызвало ответную реакцию со стороны сербов в 1919-1920-м.

А в 1941-1945 годах сербское население Боснии и Герцеговины, которую гитлеровцы отдали своим союзникам из «Независимого государства Хорватия» (НДХ), подверглось наиболее жестокому террору – настоящему геноциду со стороны хорватских фашистов-усташей. Относительная малочисленность хорватской общины в БиГ мешала Загребу сделать ее исключительной опорой своей власти на этих землях, поэтому для привлечения мусульман на свою сторону усташи провозгласили их «цветом хорватской нации». 

Непосредственные потери сербской общины БиГ за годы Второй мировой войны оцениваются в 209 тыс. человек, демографические – в 360 тысяч. Именно после этого сербы перестали быть первой по численности национальной общиной БиГ. Потому неудивительно, что для местных сербов фашизм ассоциировался именно с хорватскими националистами, чьими союзниками были мусульмане.

Однако после создания в 1945-м Социалистической Федеративной Республики Югославия (СФРЮ) официальная пропаганда «братства и единства» старалась изгладить эти преступления из памяти людей. Палачи продолжали жить в своих поселениях бок о бок с родными своих жертв. По мнению шведского политика Карла Бильдта, именно это официальное замалчивание зверств, жертвами которых стали сербы, сыграло большую роль в быстром перерастании боснийского кризиса начала 1990-х в конфронтацию и в открытую войну.

Но к тому времени национальная ситуация в Социалистической Республике Босния и Герцеговина сильно изменилась, причём в пользу мусульман. Во-первых, ещё в 1961 году в СФРЮ был введён термин «мусульманин» в значении этнической принадлежности. А в 1968-м ЦК Союза коммунистов БиГ подтвердил, что мусульмане являются «отдельным народом», то есть этнической группой, полностью равноправной основным народам Югославии, — а не «народностью» или национальным меньшинством. Это сопровождалось перераспределением властных полномочий в пользу представителей мусульманской общины. 

В 1986 году Адил Зульфикарпашич, один из идеологов национального движения мусульман БиГ, заявил: «Учитывая высокую рождаемость у мусульман, через десятилетие они будут составлять почти 60% населения Боснии». Однако и по последней переписи населения Боснии и Герцеговины, проведённой в 1991-м, мусульман в этой союзной республике было 43,7%, сербов – 31,4%, хорватов – 17,3%, прочих национальностей – 2,1%, югославов без этнического признака – 5,5% (больше, чем в любой другой республике СФРЮ). 

Осенью 1990 года во всех республиках Югославии прошли первые свободные выборы в местные парламенты на многопартийной основе. Победили совершенно новые силы, оформившиеся в течение 1990-го. В БиГ ими стали национальные партии мусульман (Партия демократического действия, ПДД), хорватов (Хорватское демократическое сообщество, ХДС) и сербов (Сербская демократическая партия, СДП). Конечно, межобщинные трения и раньше играли свою роль в жизни боснийского общества, но коммунистический режим активно боролся со всеми попытками поставить национальные проблемы во главу угла. Либерализация 1990 года дала национальной интеллигенции возможность провести политическую мобилизацию под национальными лозунгами. 

К сожалению, практически с первого дня эта мобилизация приобрела антисербский характер. Неудивительно, ведь лидер ПДД Алия Изетбегович в своей «Исламской декларации» ещё в 1970 году написал: «Исламский порядок может быть установлен лишь в тех странах, где мусульмане составляют большинство населения. В ином случае он сведется к намерениям». Потому избрание Изетбеговича председателем Президиума БиГ при поддержке хорватов было расценено сербами как непосредственная угроза.

С апреля 1991 года в БиГ начался процесс так называемой регионализации – объединения общин, контролируемых СДП, в Сербские автономные области (САО). Наиболее значительными из них были Боснийская Краина и Восточная Герцеговина. Позже были созданы САО Романия (к востоку от Сараево), Семберия и Маевица (на границе с Сербией), Северная Босния (с центром в Добое) и Бирач (в неё входили сербские поселения в долине Дрины, в общинах с мусульманским большинством). 

В октябре 1991-го мусульманские и хорватские депутаты в Скупщине (парламенте) Социалистической республики Босния и Герцеговина фактически совершили переворот. Так, Конституция этой союзной республики гласила, что она является  «суверенным демократическим государством народов Боснии и Герцеговины – мусульман, сербов, хорватов и представителей других наций». Однако 12 октября 1991 года депутаты от ПДД и ХДС в отсутствие сербских коллег приняли «Меморандум о суверенитете Боснии и Герцеговины», в котором мусульмане и хорваты были представлены как государствообразующие народы, а сербы – как меньшинство, фактически сведённое к этнически-культурной группе.

После этого раскол Боснии и Герцеговины стал неизбежен. 24 октября 1991-го в городе Пале рядом с Сараево депутаты Скупщины БиГ от СДС и других сербских политических партий объявили о создании Скупщины сербского народа Боснии и Герцеговины и переходе под власть этого органа всех сербских автономных областей республики. Депутаты также приняли «Декларацию о сохранении сербского народа в едином государстве Югославия». Проживающие в БиГ сербы на референдуме 9-10 ноября 1991 года поддержали эту декларацию подавляющим большинством: участие в плебисците приняли 85% боснийских сербов, 98% из них проголосовали за то, чтобы остаться в составе Югославии. 

Именно на основании результатов народного волеизъявления Скупщина сербского народа в БиГ 9 января 1992 года на базе САО провозгласила создание Республики Сербской (РС), а себя – парламентом РС. Кстати, за эти решения голосовал и нынешний член Президиума БиГ от сербского народа, а тогда депутат от «реформистов» Милорад Додик, – то есть он является одним из немногих действующих политиков, которые стояли у истоков Республики Сербской.

28 февраля 1992 года была принята Конституция Республики Сербской, президентом стал Радован Караджич. При этом уже в апреле 1992 года РС оказалась в состоянии войны с мусульманскими боевиками, которые 4-5 апреля совершили вооружённый путч в Сараево, начав карательные операции против мирного сербского населения сначала этого города, а потом и других населённых пунктов. 

Поначалу республике пришлось полагаться лишь на добровольческие и полицейские подразделения, поскольку части Югославской народной армии (ЮНА) достаточно длительное время соблюдали демонстративный нейтралитет. Ситуация изменилась лишь после вероломных нападений на армейские колонны в Сараево и Тузле в мае 1992-го. Была создана Армия Республики Сербской, которой ЮНА передала часть вооружений (большинство всё равно было вывезено в Сербию). Командующим Армии РС стал генерал Ратко Младич, до того – командующий Вторым округом ЮНА.

Войну 1992-1995 годов сербы Боснии и Герцеговины не зря называют Отечественно-оборонительной, ведь на стороне противостоящих им хорватских подразделений стояли собственно Хорватия, Германия и большинство стран ЕС. А мусульман, которые стали называть себя «бошняками», поддержал весь мусульманский мир и США. А вот Союзная республика Югославия, которая с 1992-го состояла из Сербии и Черногории, не просто не спешила на помощь соплеменникам, но ещё и в августе 1994-го ввела против Республики Сербской санкции.

При этом война против РС носила не только реальный, но и информационный характер: чего стоит придуманный американскими политтехнологами «геноцид» в Сребренице.

Даже после того, как летом 1995 года на стороне мусульманских и хорватских войск прямо выступила авиация НАТО, Армия Республики Сербской удерживала позиции. Поэтому, несмотря на всё желание мусульман, хорватов и Запада повторить в Боснии и Герцеговине операцию «Буря» — и изгнать с этой территории всех сербов, — атакующим пришлось пойти на компромисс. Подписанное 14 декабря 1995 года Дейтонское мирное соглашение привело к остановке войны и признанию Республики Сербской в качестве одного из двух энтитетов Боснии и Герцеговины (вторым стала мусульмано-хорватская федерация). РС получила широкие полномочия, часть из которых позже, под давлением Запада, вынуждена была передать на уровень властей страны (в частности, речь идёт об армии). При этом в Сараево никогда не скрывали своих планов по превращению БиГ в унитарное государство с мусульманским доминированием.

Однако накануне своего 30-летия Республика Сербская по инициативе Милорада Додика начала процесс возвращения «дейтонских» полномочий. И хотя в торжественном параде, который 9 января проходит в центре Баня-Луки — ныне главного города республики, — примут участие лишь ветераны Армии РС, уже через год всё может измениться. Ведь не зря же во время празднования Дня Республики Сербской 9 января 2018 года тогдашний Патриарх Сербский Ириней заявил, что «ныне мы собрались, чтобы прославить новейшее государство сербского народа». 

© 2018-2022 Балканист. Все что нужно знать о Балканах.

Наверх