fbpx
Now Reading
Радован Караджич: человек, который знал слишком много

Радован Караджич: человек, который знал слишком много

Радован Караджич

20 марта 2019 года Апелляционная палата Международного остаточного механизма для уголовных трибуналов (МОМУТ) приговорила экс-президента Республики Сербской Боснии и Герцеговины в 1992—1996 годах Радована Караджича к пожизненному заключению. 74-летний политик в 2016 году был признан Международным трибуналом по бывшей Югославии в Гааге виновным в этнических чистках, массовой депортации людей и геноциде в г. Сребреница. Караджич получил 40 лет. Этот срок, учитывая его возраст, является пожизненным. Защита Радована Караджича подала апелляцию. В результате его приговорили к пожизненному заключению, что выглядит очевидным глумлением.

Бывший лидер боснийских сербов намерен оспаривать приговор, его защита уже подала ходатайство, требуя отменить вердикт. «Большинство членов судейской коллегии допустили ошибку в законе, они основывают свое решение на сравнении его дела с другими приговорами, вынесенными по другим делам. Они не рассмотрели аспекты, по которым дело президента Караджича отличается от аналогичных, – к примеру, его добровольный уход с поста президента», – говорится в заявлении политика.

Нет никаких сомнений, что активность защиты экс-президента носит ритуальный характер. Караджичу предстоит умереть в неволе: если учесть обстоятельства ареста экс-президента и последующие его заявления, становится понятным, что этот человек слишком опасен. Недаром все его попытки обратиться к общественности тщательно пресекаются. Общаться с миром заключенному позволяют только посредством писем, которые всегда можно отредактировать.

Трагическая судьба Радована Караджича является хрестоматийным примером того, чем заканчиваются любые заигрывания с коллективным Западом и в особенности с США. Не зря «Таймс» и другие издания неоднократно отождествляли его и с Саддамом Хусейном, и Усамой бен Ладеном. В какой-то мере ему даже больше повезло – его не убили и, прежде чем попасть в лапы «правосудия», он успел 12 лет пожить спокойной, размеренной жизнью, несмотря на все мнимые усилия по его розыску.

Радован Караджич был активным участником студенческих протестов 1968 года, весьма и весьма напоминающих попытку применения технологий цветной революции (чего стоят только байки про сорок вилл Тито – ничего не напоминает?), которая в случае Югославии потерпела фиаско. Он выступал на крыше Сараевского университета перед демонстрантами и был одним из наиболее пламенных ораторов. Молодой психиатр принимал активное участие в беспорядках, требуя отставки правительства, тотальной демократизации Югославии, гласности – и вообще был «за все хорошее и против всего плохого».

Талантливый молодой психиатр, который активно пытался «шатать» режим Иосипа Броза Тито, вероятно, был замечен кураторами протестов. Радован был приверженцем идей Добрицы Чосича – оппозиционера и правозащитника, в будущем – первого президента Союзной Республики Югославии (с 15 июня 1992 года по 1 июня 1993 года), которого «репрессивный» режим Тито почему-то никогда не преследовал.

В 1974 году Радован Караджич стал стипендиатом фонда АЙРЕКС и год обучался в Колумбийском университете. АЙРЕКС – Американский совет по международным научным исследованиям и обменам – это правительственная организация. Вполне вероятно, что политически активный психиатр, вращающийся в кругах югославских диссидентов, изучал в Америке не только поэзию.

Что любопытно, Радован Караджич даже в начале 1989 года (когда он начал политическую карьеру, основав Сербскую демократическую партию) был последовательным противником любого национализма, в том числе сербского. Впоследствии политик выказывал противоположные взгляды и суждения; грезил об утопической Сербской Республике с многомиллиардными вложениями в инфраструктуру и промышленность.

«Новое Сербское Сараево будет привлекательным для сербов. Сербская Республика станет для них надежной опорой. Здесь у них будут все права, для них будут созданы все условия… Я думаю, что мы сможем привлечь множество сербов, живущих в Сараево, потому что совместное проживание с мусульманами – это не то, чего мы хотим. Совсем другое дело, когда вы видите наших людей, бросающих все, потому что у них просто нет условий для нормальной жизни…

Мы спрашиваем международное сообщество, и мы хотим очень быстро получить четкий ответ, является ли наше понимание прав сербского народа правильным или нет. Если мы правы, то мы уже просили их предоставить нам 45 тысяч палаток и 45 тысяч контейнеров. И тогда мы заберем наших людей из Сараево немедленно», – цитировала Караджича газета “Times” в 1996 году.
Мечта о процветающей Республике Сербской, которая станет новым домом для всех сербов, в итоге вылилась в кровавую бойню. Неизвестно, насколько обоснованы обвинения Радована Караджича в геноциде и военных преступлениях: скорее всего – как это обычно бывает на войне – во время резни между бошняками, сербами и хорватами невиновных не было.

В 1996 году Караджич сложил полномочия и пустился в бега. Впрочем, это громко сказано. Экс-президент жил в районе Новый Белград: под именем доктора Дабича имел собственную психологическую клинику и публиковал книги.

В 2008 году белградская газета «Блиц» опубликовала материал, согласно которому в 1996 году Караджич договорился с правительством США о своем исчезновении. По мнению издания, политик получил гарантии безопасности от госсекретаря США Мадлен Олбрайт и ее заместителя Ричарда Холбрука. В своих заявлениях издание опиралось на интервью с его бывшим помощником, начальником Службы государственной безопасности Сербии Владо Драгилевичем.
Во время процесса в Гааге это подтвердил сам Радован Караджич, заявив следующее: «Я должен был не только удалиться от дел, но и покинуть свое место в партии, а также полностью исчезнуть из общественной жизни, не давать интервью и даже не публиковать свои литературные работы – словом, стать невидимым до тех пор, пока Дейтонские соглашения не обретут силу».

Позже эту информацию подтвердила преемница узника Гааги Биляна Плашевич, в 2000 году приговоренная Международным трибуналом по бывшей Югославии к заключению и отсидевшая 9 лет, а также экс-министр Республики Сербской Алекс Буха, заявивший в августе 2008 года Белградскому радио о том, что он был очевидцем данного соглашения, подписанного 19 июля 1996 года. Аналогичные свидетельства бывших соратников Радована Караджича публиковало также издание “The Independent”.

Во время промо-тура в поддержку своей книги «Тайны Белого дома», экс-агент ЦРУ Роберт Бэр подтвердил связь Караджича с американскими спецслужбами. В разговоре с боснийской газетой “WebTribune” он упомянул о том, что ЦРУ финансировало Караджича, равно как и лидеров хорватов и албанцев, с целью «дробления» Югославии.

«…Стипе Месичу, Франьо Туджману, Алии Изетбеговичу, многим советникам и членам правительства в Югославии платили, а еще платили сербским генералам, журналистам и другим. Некоторое время платили Радовану Караджичу, но он прекратил брать деньги, когда понял, что может быть принесен в жертву и что он обвиняется в преступлениях, совершенных в Боснии – которые были организованы американской администрацией», – заявил Бэр.

Понятно, что спокойная (несмотря на международные «поиски» и объявленную награду в 5 млн долларов) жизнь экс-президента Республики Сербской Боснии и Герцеговины не могла продолжаться вечно. То ли Караджич заговорил, то ли США решили подстраховаться, но 21 июля 2008 года его неожиданно арестовали в Белграде и уже 30 июля экстрадировали в Гаагу. Президент Сербии Борис Тадич тогда сделал заявление, в котором выразил мнение, что «один-единственный человек не должен стоять на пути страны в Евросоюз».

Сегодня Радован Караджич уже в почтенном возрасте. Понятно, что каких бы заявлений он ни пытался делать, какие бы действия ни предпринимала его защита – все это бесполезно. Этот человек слишком много знает, а потому должен жить и умереть там, где он не сможет подпортить репутацию США откровениями о войне в Боснии и Герцеговине, – если репутацию США вообще можно подпортить.

История этого человека весьма примечательна. Не только тем, что с США нельзя безнаказанно иметь дело и что любые договоренности с ними обречены на крах. Но и тем, что в борьбе – за любые идеалы, с любым правительством, за достижение любых целей, пусть даже речь идет о благе Родины, – никогда нельзя прибегать к помощи внешних сил. Потому что итог всегда будет плачевным. Будем надеяться, что пример Караджича поможет понять эти простые истины не только сербам, но и россиянам.