Now Reading
Противостояние в Боснии. «НАТО раздора»

Противостояние в Боснии. «НАТО раздора»

Вместо того чтобы бороться с массовой эмиграцией местной молодежи и нашествием мигрантов, лидеры боснийских мусульман, негласно управляющие самой бедной страной Европы и Западных Балкан, ведут войну с руководителями сербской и хорватской общин во имя интересов своих западных покровителей.

Пожертвовать правительством ради НАТО

Уже более полугода Босния и Герцеговина живет без правительства, соответственно, не может полноценно решить ни одну из стоящих перед страной насущных задач. Всякий раз когда Председатель Президиума страны и по совместительству лидер сербской общины Милорад Додик выходил с очередной инициативой по составу Совета министров, он неизменно наталкивался на противодействие со стороны Бакира Изетбеговича, формального лидера мусульманской общины (в Президиуме страны сидит его ставленник Шефик Джаферович), и Желько Комшича, номинального лидера хорватской общины в том же Президиуме, которого за своего не признают сами хорваты (особенности голосования в Мусульмано-хорватской федерации БиГ таковы, что проследить кто голосовал за кандидата — мусульмане или хорваты — невозможно). 

Предлоги, под которыми Бакир Изетбегович и компания оппонировали Милорад Додику, были самые разные. Начиная от «прежнее правительство не закончило свою работу» (его возглавлял соратник главного бошняка — Денис Звиздич) и заканчивая «места в предлагаемом проекте Совмина не пропорциональны количеству мусульман в стране и набранному Партией демократического действия (ПДД, фундаменталистская партия Бакира Изетбеговича) проценту голосов». Но теперь, похоже, сараевские лидеры решили играть в открытую и напрямую заявили, почему все это время вставляли палки в колеса лидеру боснийских сербов.

«Мы должны реагировать на постоянное повторение тезиса о том, что Партия демократического действия виновата, что не дает сформировать власть в БиГ, — выступил недавно Шефик Джаферович. — Это тезис, который постоянно повторяет Союз независимых социал-демократов (СНСД, партия Милорада Додика — прим.авт.). Но именно он является в наибольшей степени ответственным за провал процесса создания Совмина. Мы ищем команду людей, которые будут работать в соответствии с конституцией страны и уважать ее законы, а также представят членам Президиума свой план действий по ускорению пути страны  в ЕС и НАТО».

Кстати, и вышеназванный довод про «прежнее правительство не закончило свою работу», касался именно евроинтеграции: кабинет Дениса Звиздича подзадержался как раз вопреки действующей Конституции, дабы отправить в Еврокомиссию ответы на дополнительные вопросы по вступлению в ЕС. Впрочем, против этого уже неизбежного процесса не возражали ни Милорад Додик, ни его партия. Совсем другое дело — перспективы оказаться в НАТО. Еще избираясь на пост главы Президиума от Республики Сербской, лидер СНСД и экс-глава Республики Сербской четко обозначил свою позицию: буду добиваться нейтрального, внеблокового статуса государства, добавил, что и представить себе не может, что сербские солдаты будут стоять под знаменами Альянса, в свое время бомбившего сербов, и даже предложил распустить местную армию. Так что встав во главе страны и заблокировав работу над Национальной программой по вступлению в Альянс, Милорад Додик не сделал никому сюрприза. А вот позиция его сараевских оппонентов, парализовавших работу власти внутри страны, лишний раз обозначила их приоритеты: исполнить желания западных покровителей боснийской элиты, а не решить проблемы граждан. Причем совсем недавно, ничуть не смущаясь, Бакир Изетбегович пригрозил, что его ПДД сама представит уважаемым партнерам из НАТО программу по интеграции БиГ в военный блок.

«Я ответил ему на это, что всякий (член Президиума — прим. авт.), кто предпримет подобные шаги в одностороннем порядке, может попрощаться с единой Боснией и Герцеговиной, — сказал Милорал Додик. — Если кто-то в одиночку намерен решать подобные вопросы, то для чего нам тогда Совет министров и парламент? В конце концов, как НАТО может обеспечить стабильность в Боснии, если всерьез примет то, что принесет по собственной инициативе один политик? Надеюсь, что там в руководстве Альянса все-таки не легкомысленные люди сидят». 

Газа не будет, будут мигранты

Впрочем, бошнякская элита вставляет палки в колеса сербскому главе Президиума везде, где его политика хоть каким-то образом связана с отстаиванием интересов местных сербов. Так, например, побывав на недавнем Санкт-Петербургском международном экономическом форуме, Милорад Додик привез оттуда соглашение о газификации Россией территории Республики Сербской. И сразу же получил в ответ негативную реакцию от того же Шефика Джаферовича:

«Соглашение, достигнутое Председателем Президиума Боснии и Герцеговины Милорадом Додиком во время визита в Российскую Федерацию, не было согласовано в Президиуме, и поэтому не отражает официальную позицию нашей страны… Проблема газа и подключения к международным газовым потокам находится в исключительной компетенции государства БиГ. Следовательно, необходимо принять закон на государственном уровне и создать независимого государственного оператора».

Как принять закон, если в стране нет в правительства? Не имея возможности решить вопрос на уровне государства, Милорад Додик, оставаясь представителем своего народа, взялся решить его на уровне РС. Тем более, что все годы послевоенного существования БиГ сербскому энтитету неизменно доставались крохи от международных инвестиций и гуманитарных программ, чудесным образом оседавших в Мусульмано-хорватской федерации. 

Впрочем, подобная диспропорция сараевскую элиту не волновала и продолжает не волновать совсем. Не для того отец Изетбеговича в свое время провоцировал вооруженную бойню в родном крае, чтобы делиться с «какими-то там сербами». А также позволять им свободно дышать, тем более те своими интенсивными контактами с «большой» Сербией и «опальной» Россией путают планы их западных кураторов. Правда, отстаивая интересы последних, Сараево все больше увязает в проблемах внутренних, никак их не решая. Например, в резко обострившемся вопросе массово прибывающих на территорию страны нелегальных мигрантов из стран Ближнего Востока, Северной Африки и даже Афганистана с Пакистаном. 

В начале июня этого года в граничащем с Хорватией Унско-Санском кантоне БиГ было негласно введено чрезвычайное положение. Этому предшествовало побоище в центре временного размещения мигрантов в окрестностях города Велика-Кладуша, где произошли ожесточенные стычки между пакистанцами — с одной стороны и арабами из Алжира и Марокко — с другой. В результате пострадали десятки человек, в том числе и прибывшие на место полицейские. До этого в Бихаче произошли нападения мигрантов на местных жителей, в том числе на женщин, из хулиганских побуждений, а также с целью ограбления или изнасилования. Плюс многочасовая операция полицейских, ловивших «пришельцев» по окрестным лесам в попытках вернуть их в пункт временного содержания. Всего, по разным данным, в БиГ только с начала года въехало до 30 тыс. нелегальных мигрантов, четыре тысячи из которых осели в стране. И на сегодняшний день ситуация близка к критической. 

«Все это может кончится плохо, поскольку нет Совета министров, который мог бы оперативно отреагировать на ситуацию и принять комплексные меры»,- прокомментировал проблему Милорад Додик.

На днях Президиум БиГ, конечно, будет собираться для обсуждения создавшегося положения. Хотя говорить, что лидеры мусульманской общины и условный лидер общины хорватской не предлагали своего решения, было бы неверно. Напротив, и экс-премьер Денис Звиздич, и Желько Комшич выступили с инициативой перекрыть границы страны при помощи армейских подразделений. На что уже получили жесткий ответ от своего сербского коллеги: «Ставить войска на границе с Сербией я не позволю!».

Ненависть вместо решения проблем

И эта позиция Милорада Додика — не просто традиционное сербское упрямство. Просто лидер боснийских сербов очень хорошо знает нравы своих бошнякских коллег, для которых автономная РС в составе БиГ, словно кость в горле: они уже лишили сребский энтитет собственной армии, через Конституционный суд запретили праздновать День Республики Сербской (правда, Баня-Лука пока отказывается подчиняться этому решению), и хотели отобрать возможность провести традиционный военный парад в этот день. Но в столице республики все же маршировали полицейские подразделения, а гостем праздника стал подлинный лидер боснийских хорватов и глава партии Хорватское демократическое сотрудничество (ХДС) Драган Чович.

В ответ в Сараево разразились дежурными угрозами, причем если официальные лица были относительно сдержанными, то «ветераны освободительной войны», такие, как оправданный Гаагой головорез Насер Орич (на совести которого жизни как минимум 3500 сербов, преимущественно мирных), не стесняясь, заговорили о возможности возобновления горячей войны. На что РС, в свою очередь, ответила решением сформировать резервные полицейские части для «эффективной борьбы с терроризмом». В ответ в Сараево постановили создать свои. А Бакир Изетбегович сделал заявление, что оборонные предприятия Мусульмано-хорвасткой федерации увеличивают мощности, и оппонентам лучше не тягаться с ними. Хотя оборонка РС также заработала в полную силу, Изетбегович не солгал. Предприятия достались энтитетам в наследство от распавшейся Югославии (именно в Боснии сосредоточившей львиную долю оборонных производств), однако большинство из них сейчас находятся все же на подконтрольной Сараево территории.

К сожалению, у боснийских сербов нет иного выхода, кроме как включиться в эту региональную гонку вооружений, поскольку на противоположной стороне даже духовные лидеры выступают с довольно угрожающими заявлениями. Нужно отметить, что сербские православные архиереи себе такого не позволяют.

«Мы подтверждаем наше обязательство продолжать защищать нашу страну от врагов, независимо от того, кто они, — сказал, выступая на Дне Шахидов в священный для мусульман месяц Рамадан, верховный муфтий БиГ Хусейн Кавазович. — То, что совершили агрессоры, убивая наших детей, женщин, стариков, инвалидов, систематически разрушая мечети и другие символы культуры нашего народа, можно сравнить только с убийством евреев и разрушением синагог во Второй мировой войне. Геноцид нашего народа произошел, когда мы достигли наивысшего уровня секуляризации, когда религиозные и духовные ценности ислама в нашей стране были на самом низком уровне применения. Геноцид был подготовлен и осуществлен, когда мы потеряли общественные должности и влияние на общественную жизнь…».

И снова тщательно сконструированный образ врага: разрушенные мечети, которых за войну не набралось и с десяток, в то время как число взорванных или сожженных «шахидами» православных храмов и оскверненных монастырей перевалило за сотню, и многие из них не восстановлены и по сей день. А про убитых стариков, детей и инвалидов — только сербских — могли бы прекрасно рассказать головорезы Насера Орича, в то время как «геноцидных» бойцов Ратко Младича даже в Гааге обвиняют только в расстрелах «мужчин и юношей»…

Атмосфера неприязни, переходящей в откровенную ненависть, создается и нагнетается сараевской верхушкой не только в отношении своих основных оппонентов — сербов, но и соседей по федерации — хорватов. Так, согласно заявлению Шефика Джаферовича, сформировать Совмин мешает не только СНСД Милорада Додика, но ХДС настоящего лидера боснийских хорватов Драгана Човича, ратующего за появление у его соплеменников собственного, самостоятельного от мусульман энтитета. Да и к большой Хорватии у Джаферовича и его соратников накопилось масса претензий. И за попытки хорватских спецслужб вербовать сезонных рабочих-бошняков, и за желание проложить мост от материка к полуострову Пелешац в обход боснийского участка Адриатического побережья, что сулит БиГ финансовые потери…

К сожалению, за четверть века существования государственности БиГ бошнякские политики научились только генерировать ненависть к соседям и в ущерб миру с ними отстаивать интересы крупных чужеземных геополитических игроков. Что для страны, входящей в десятку самых бедных государств Европы, которую при населении в три с половиной миллиона человек за пять лет безвозвратно покинуло 178 тыс. граждан, и только за минувший год — более 30 тыс., равносильно приговору о несостоятельности этого насквозь искусственного государственного проекта. 

Алексей Топоров