Пара хорошей крепкой обуви – вечная ценность. И я, как и многие из вас, здесь далека от лапотного патриотизма. Опыт подсказывает, что ботинки, изготовленные в Великобритании или США на фабрике, которая производит определенную модель из года в год, прослужат долго. На территориях бывшего СССР, с учетом сложной и прерывистой истории, социальных и политических катаклизмов, фактически нет  производств легкой промышленности с многолетними традициями и неизменным качеством. Скажем прямо, сегодняшний ивановский ситец не имеет ничего общего с агитационными принтами художников ВХУТЕМАСа (высших художественно-технических мастерских). В представлении же советского человека, которому были недоступны западные товары, хорошая пара обуви обязательно должна была быть сделана в Югославии. И не потому, что «на безрыбье и рак — рыба», или, говоря языком моды, и сапоги от завода «Красный треугольник» сойдут за «Веллингтоны». Дело в том, что в Югославии делали действительно классную обувь. 

Сегодня «Югославия» вызывает следующий ассоциативный ряд: cоцлагерь, распад, бомбардировки НАТО, пороховой погреб Европы (а кто-то вспомнит одноименную песню в исполнении солистки «t.A.T.u.» Лены Катиной). Для наших родителей Югославия в свое время означала качественные, модные вещи, бывшие объектом желания, а при удачном стечении обстоятельств — гордости и заботы.

Беглый взгляд на историю югославской моды показывает, что золотые ее времена пришлись на 1960-1970-е годы. Национальную легкую промышленность, прежде чем она прославилась на евразийском континенте, сопровождали взлеты и падения. Высокая мода пришла в Белград в начале прошлого века, с подражанием Парижу. Тогда начали открываться первые модные бутики, предлагавшие копии последних парижских коллекций. Можно сказать, Белград был этаким Гуанчжоу в миниатюре (китайский город, который обеспечивает весь мир репликами люксовых брендов), но за тем исключением, что таким образом оттачивались технологии и формировался собственный стиль.

Социалистический режим, установившийся после Второй мировой войны, не был благотворной почвой для развития модной индустрии. Однако в 1949 году двусторонние контакты между СССР и Югославией были разорваны, Белград начал сближаться с Западом, в середине 50-х в стране были приняты меры по либерализации экономики. Югославия стала полукапиталистической страной. Качество изделий легкой промышленности обеспечила банальная рыночная конкуренция, отличный дизайн – участие модельеров в массовом производстве. Чтобы пользоваться спросом на внешнем и внутреннем рынке, югославские товары должны были быть как минимум не хуже аналогов из стран Европы, а для граждан Советского Союза только они и были эталоном европейского качества. 

Сначала их нигде нельзя было купить — только привезти из заграничной командировки, если такая случалась. После смерти Сталина отношения между Москвой и Белградом восстановились, а югославские товары появились в Советском Союзе. В столице открылись магазины с импортными вещами – легендарные «Белград» в Орехово-Борисово и «Ядран» на Теплом стане.

Иногда что-то непредсказуемо «выбрасывалось» и в простые универмаги, и здесь нужно было успевать. Вот перечень того, что так непросто доставалось нашим родителям: не только обувь, но и другие изделия из кожи (от перчаток и кожаных чехлов для духов до знаменитых дубленок), мохеровые пледы и покрывала, косметика и парфюмерия, сервизы с узнаваемым дизайном. На представления о югославском шике влиял и кинематограф. Так, легендарный актер Гойко Митич ввел моду на индейско-ковбойские мотивы. 

История моды порой иронична — в период своей популярности югославские одежда и обувь ассоциировались с западным стилем, а остались в памяти как часть образа советского человека.

Смерть Тито положила начало распаду страны, кризисные явления не обошли стороной  и модную индустрию. В 80-х годах начинается процесс глобализации: американские бренды переносят производства в азиатские страны, европейские — в страны Восточной Европы. В Югославии начинают производить Adidas. Спортивная форма югославского производства до сих пор является предметом интереса коллекционеров. В 90-х штаны и олимпийки с узнаваемыми тремя полосками становятся «национальным костюмом» для простых ребят из Югославии, постсоветской России и бывших советских республик, взрослеющих в крайне неблагополучной социальной обстановке. Наши гопники и сербские  дизелаши похожи как братья-близнецы. Югославские товары исчезают с наших прилавков и заменяются китайским ширпотребом и недоступным большинству «тяжелым» люксом.  

Сегодня у нас на слуху нет ни одного бренда или дизайнера из стран бывшей Югославии. Пожалуй, за исключением «Отаџбины», но эта марка скорее делает уличную экипировку и воплощает в текстиле политические заявления, нежели отвечает модным тенденциям и запросам массового потребителя. Между тем, кожаная промышленность на Балканах не умерла. В столице сербского автономного края Воеводина Нови-Саде до сих пор работает знаменитая фабрика, но об ее ассортименте российскому потребителю ничего неизвестно. 

Много ли сейчас у нас вещей, любовь к которым длится больше одного сезона? Очереди за сапогами кажутся нелепыми, когда есть возможность заказать на дом практически любую вещь из любой точки мира (даже если в Россию нет доставки, выход найдется). Спрашиваю маму про любимые туфли ее молодости. Ответ предсказуем: югославские. Очень комфортные в носке, мягкая кожа, удобная колодка, красивые! И они все еще хранятся у нас дома. До сих пор каждый знает, как выглядят югославские сапоги, это же визитная карточка страны! Их можно увидеть в советских фильмах, их и сегодня носят бабушки и некоторые любители ретро, их можно найти на рисейл-платформах, и очень часто — в отличном состоянии: или берегли до последнего, или с размером не угадали. Разумное потребление в действии, и еще одно доказательство того, что «раньше делали на века, не то, что сейчас». 

Для тех, кто хочет получить представление  или освежить воспоминания, в Instagram есть два замечательных паблика: made.in.yugoslavia (витрина одноименного магазина на Etsy) и Yugodesign под слоганом «Экономическая пропаганда», которые ведет  историк искусства Шпела Голчер. В основном, конечно, она выкладывает фотографии предметов быта: преимущественно светильники, телефоны и эмалированную посуду, но попадаются и выдающиеся образцы сумок, текстиля и модной иллюстрации. На этих страницах в инстаграме можно найти убедительные доказательства того, насколько совершенен был югославский дизайн.

Впрочем, речь не только о ностальгии. Югославия и СССР в разные годы  переживали разные стадии отношений, и простыми их назвать сложно. В то же время на уровне народной дипломатии – рыночной, магазинной, дипломатии очередей, если угодно, — балканская страна была интересна советским людям и оставила в их душе приятные воспоминания о простых бытовых радостях. Вещи — всего лишь вещи, но именно они остаются в память об ушедших эпохах на фото- и видеопленке, в частных коллекциях и музеях, в археологическом слое, наконец. Молчаливые свидетельства, которые могут рассказать следующим поколениям о том, кем мы были, о чем мечтали, что считали красивым. Югославские сапоги пережили свою родину, и, наткнувшись на них на верхней полке, кто-то вспомнит молодость и тихо вздохнет: «Хорошая была страна».