Депутат парламента Гамбурга: «В том, что немецкие СМИ врут, я убедилась ещё на примере Крыма»

Европейские политики все чаще приезжают на Балканы, чтобы лично проверить истинность того, что на Западе говорят о Сербии, Республике Сербской и их политиках. Депутат парламента Гамбурга от партии «Альтернатива для Германии» Ольга Петерзен приняла участие в Международном экономическом форуме на горнолыжном курорте «Яхорина», где поучаствовала в дискуссии о цене свободы слова в Европе. В интервью «Балканисту» она рассказала о том, что движет её стремлением менять систему европейских ценностей и как видят в Европе сербов и Сербию.

— Мое решение заняться политикой не было спонтанным, оно во мне выросло. Я не из тех, кто таким образом удовлетворяет свои амбиции: у меня было огромное желание начать что-то делать, потому что на моих глазах страна начала двигаться в неправильную сторону. Когда мой старший сын в годовалом возрасте пошёл в садик, в Германии была дискуссия о том, стоит ли убирать ли свинину из школьных и детсадовских обедов, потому что страну наводнили мусульманские беженцы, которые осели здесь, получив пособия от государства. Моему старшему сыну на данный момент 21 год. Когда в детсад пошёл мой младший сын, такого рода дискуссии уже не было, потому что свинины в детских обедах у нас уже давно нет. Сейчас идёт разговор о том, должно ли быть оставшееся в школьных столовых мясо халяльным или нет. Я просто поняла, что сидеть и возмущаться таким положением дел в христианской стране бессмысленно. В этом государстве будут жить мои дети, и я хочу быть уверена, что мы оставим им стабильное общество. Собственно, я и решила заняться политикой ради следующего поколения, — говорит Ольга Петерзен. 

Политик рассказывает, что совмещать активную деятельность в парламенте и материнство сложно, но возможно. 

— На тот момент, когда я пошла в политику, я уже была матерью четверых. За время карьеры детей у меня не прибавилось, к тому же, я разведена, так что я в этом смысле все же кое-что «не успеваю». Когда у меня есть свободное время, я посвящаю его детям. Конечно, политическая деятельность внесла коррективы в мою семейную жизнь, потому что изменилась сама структура расписания, но именно дети были и остаются для меня мотиватором. Когда мой старший поступал в университет, а младший пошёл в садик, я увидела, как меняется уклад системы образования, и поняла, что с чистой совестью своим детям в глаза я смотреть не смогу. Рано или поздно они бы задали нам вопрос, почему вы ничего не сделали? — говорит Ольга Петерзен. 

Ольга признается, что коллеги по партии с пониманием относятся к ее приоритетам. 

— В мое личное время коллеги не беспокоят меня по рабочим вопросам. Наша партия в плане взаимоподдержки очень надёжная. Несмотря на то, что все мы разные, мы — сплоченная организация. В нашей фракции я единственная женщина. Никаких плюсов от этого нет, хотя мои коллеги-мужчины, конечно, не позволят мне носить тяжёлые коробки, всегда пропустят первой. А в партии «Зелёных» это, например, считается сексизмом. Я рада, что мои однопартийцы эти «прогрессивные» взгляды не разделяют, — говорит она. 

По словам Петерзен, в наши дни изначальная идея Евросоюза о свободе, равенстве и братстве вырождается: опекаемые меньшинства начинают диктовать большинству свою волю, а принципы равноправия доводятся до абсурда, который мешает функционированию государства. 

— Я считаю, что у нас на Западе идея дать места женщинам на государственных постах переоценена. Гонка за соблюдением правила об определённом проценте женщин в парламенте или госучреждениях уже не несёт положительных моментов. Например, когда оформлялись избирательные списки, у партии «Зелёных» не осталось мест для мужчин. Их кандидат надел парик, объявил себя женщиной и занял место в Бундестаге. При этом он до сих пор женат, не развёлся, не сделал операцию. Это абсурд! Это неправильно. Такие должности должны распределяться не по половому признаку, а по результатам работы, достижениям, умениям, опыту — согласно профессионализму. В конце концов, человек должен заслужить право быть депутатом, и совершенно неважно, мужчина он или женщина. Я вижу, что в Сербии в этой части царит здравый смысл, потому что женщины не во всем одинаково хороши с мужчинами, да и не все женщины хотят попасть на какие-то высокие должности. Поэтому не надо нас никуда насильно продвигать. Да, здесь, в Сербии и в Республике Сербской, в каких-то областях больше женщин, потому что они приносят там больше пользы. В каких-то сферах — наоборот. Это здоровое, нормальное развитие государства.

У нас в центре небольшого городка однажды произошёл конфликт между мусульманами и трансвеститами. Обе группы населения относятся к меньшинствам, которые нужно защищать. Эта история стала огромной проблемой для немцев, которые не могли решить, на чью же им сторону встать, потому что  у них есть чёткая гражданская установка — быть на стороне меньшинства и возносить его. И они это делают с совершенно абсурдным рвением, которое свидетельствует о явно патологическом развитии общества, с чем я — ни как мать, ни как политик — мириться не желаю. К тому же, потакание этим тенденциям выливается в огромные траты бюджетных средств. На обустройство «нейтральных по статусу» туалетов были выделены миллионы евро. Я выяснила, что у нас в Гамбурге при этом всего 14 человек, которые не считают себя ни мужчинами, ни женщинами. А вот на то, чтобы отремонтировать детсад денег зачастую не хватает, —  отмечает политик. 

Петерзен констатирует, что в Германии свысока относятся к странам Балканского региона. Поэтому политики из Европы должны больше общаться с сербскими коллегами, чтобы понимать истинное положение дел. 

— Сербия и сербы — более консервативная страна и нация, нежели Германия и её граждане. Это люди, которые берегут свою культуру, сохраняют традиционные ценности. В Германии понятия «мама и папа» уже считаются устаревшими. Есть «родитель номер один» и «родитель номер два». Поэтому такие государства, как Сербия или Венгрия, в немецких СМИ представлены в не очень хорошем свете. 

Мне интересно посмотреть, как на самом деле развивается политическая жизнь в Сербии или Республике Сербской, потому что немецким СМИ я не доверяю. Я убедилась в том, что они беспощадно врут общественности, ещё на примере Крыма, поэтому надеюсь на установление здесь личных контактов, — заявила политик. 

Ольга Петерзен отмечает, что в процессе евроинтеграции экономический фактор безусловно является стимулом, однако, по её мнению, многих сдвигов в прогрессе страны граждане могут добиться и самостоятельно. 

— Однажды учительница моего сына (он тогда ещё учился в гимназии) пожаловалась, что он отказался принимать участие в школьной игре, где дети учились признаваться своим родителям в том, что они гомосексуалисты. Мой сын заявил, что в такое играть он не будет. При этом мои дети абсолютно нейтрально относятся к таким людям, они уважают индивидуальность. Учительница мне сообщила, что опасается, что сын вырастет противником гомосексуализма. Тогда я поняла, что воспитываю сына правильно.

Надеюсь, что в конце концов здравый смысл в Германии победит. А сербскому народу с его традициями надо самостоятельно решать, хотят ли они стать частью Евросоюза и разделять с ним такие ценности. В Евросоюзе много плюсов, но чтобы жить в ухоженной, чистой, благополучной, развитой и богатой стране, совсем необязательно, чтобы она была его частью, — заключает депутат парламента Гамбурга. 

© 2018-2022 Балканист. Все что нужно знать о Балканах.

Наверх