В 1878 году Берлинский конгресс подтвердил окончательную независимость сербского государства, у руля которого встала династия Обреновичей во главе с князем Миланом. Именно этот правитель, провозгласивший себя в 1882 году королем, начал коренные экономические и политические преобразования своей страны, опираясь на поддержку Австро-Венгерской монархии, заключив с ней торговый договор и политическую конвенцию. Однако вызов, брошенный властью патриархальному обществу, не мог остаться без ответа. А цена, которую Милану и его преемнику Александру Обреновичу пришлось заплатить за эти реформы, оказалась слишком высока. Итогом этого «нового» курса стал государственный переворот 29 мая 1903 года, уничтоживший Обреновичей. 

Впрочем, в таком печальном конце виноваты не столько реформы, непонятные крестьянскому большинству жителей Сербии, сколько сотрясавшие семейство Обреновичей скандалы. Эти распри, открыто обсуждавшиеся в белградских кафанах, подрывали статустность и авторитет правителя, столь важные для патриархальной страны.

В 1875 году князь Милан женился на Наталье Кешко — 16-летней дочери богатого бессарабского помещика, которая приходилась ему дальней родственницей. Милана привлекла не только красота невесты, но и ее богатое приданное. В 1876 году у пары родился сын – наследник сербского трона Александр. Однако тихая семейная жизнь вскоре наскучила любвеобильному Милану. Вместе с тем ссоры между супругами, ставшие обычным делом, приобретали политический характер и обостряли борьбу придворных партий – прорусской и проавстрийской.  

Королева Наталья и престолонаследник Александр Обренович

В октябре 1888 года Милан развелся с королевой Натальей. Основной причиной разрыва стала его связь с Артемизией Христич, которая родила от него сына Георгия. В январе 1889 года Милан отрекся от престола в пользу своего 12-летнего наследника Александра. До его совершеннолетия управлять страной должен был регентский совет, но в апреле 1893 года Александр Обренович совершил государственный переворот, провозгласил себя совершеннолетним и взял власть в свои руки. Милан вернулся в страну и стал соправителем сына. В апреле 1894 года специальным королевским указом ему было возвращено сербское подданство и права члена королевского дома.

24 июня (6 июля) 1899 года на Милана Обреновича было совершено странное покушение (т.н. «иванданский атентат»), которое тот использовал для нанесения удара по своим политическим противникам: он арестовал лидеров оппозиции из состава Радикальной партии страны, в том числе и ее лидера Николу Пашича. Непосредственный исполнитель покушения, 25-летний Джуро Кнежевич, несмотря на свои заявления о невиновности, был приговорен к смертной казни, а приговор был приведен в исполнение в тот же день. Однако, как заметил историк Слободан Йованович, это покушение показало, что «одна револьверная пуля может положить конец целой династии». 

Король Милан Обренович

На этом фоне личная жизнь Обреновичей все больше и больше приобретала политическое содержание. Находившаяся в опале королева Наталья пыталась сочетать Александра браком с русской или черногорской княжной. При ее участии велись переговоры о возможной женитьбе наследника сербского престола на дочери черногорского князя Николы Ксении, что могло создать перспективы объединения двух славянских государств под скипетром новой династии. Подобные переговоры велись и с греческим королевским домом. В свою очередь, Милан в течение всего 1900 года обсуждал с германским правительством возможность женитьбы своего сына на одной из немецких принцесс. Однако молодой наследник выбрал в жены женщину значительно старше него — вдову умершего в 1886 году инженера Светозара Машина (с которым она прожила всего три года) Драгу, в девичестве Луневицу.  

В 1890 году, после развода с Миланом и окончательного отъезда из страны, бывшая королева Наталья поселилась во Франции, а Драга стала придворной дамой на её вилле в Биаррице. Именно там, в 1895 году, навещая свою мать, Александр Обренович смертельно влюбился в Драгу, которая осенью 1897 года вернулась в Белград в статусе любовницы сербского короля. Известный сербский политик и дипломат Чедомиль Миятович, особо подчеркивая красоту Драги, писал в своих мемуарах, что «королева Наталья, вероятно, была довольна и с интересом смотрела как лед сердца ее сына тает под огнем глаз ее придворной дамы». 

Драга Машин

Подробнее: О королеве Драге, которую никто не любил

Профессор парижского лицея Альбер Мале, преподававший в 1891-1893 годах молодому Александру курс политической истории, вспоминал: 

«Александр всегда был несколько сентиментален: это доказывается даже его женитьбой на Драге, в которой он видел женщину, впервые полюбившую его и не оттолкнувшую его безграничной любви и обожания». 

Патриархальное сербское общество этого обожания не разделяло. За избранницей наследника прочно тянулся шлейф дурной славы. Неслучайно даже брат ее покойного мужа Александр Машин станет вскоре одним из главных организаторов убийства королевской четы. Тем не менее ради своей избранницы Александр отверг все возможные варианты, причем намерение жениться на Драге король держал втайне до 3 июля 1900 года, а затем постепенно стал посвящать в свои планы высших государственных чиновников и военных, заставив последних принести унизительную клятву на верность престолу, что вызвало негодование младших офицеров, окончательно приведя их к мысли о необходимости если не смены династии, то устранения от двора Драги. 

Торжественное венчание короля Александра и Драги состоялось 23 июля 1900 года в Белградской соборной церкви.

Дарование в честь свадьбы имени королевы Драги восьмому пехотному полку вызвало еще большее неприятие этого поступка Александра большинством офицерского корпуса страны. Милан Обренович также отвернулся от собственного сына. Находясь в это время за границей, он после объявления помолвки порвал с ним и, отказавшись возвращаться на родину, умер в январе 1901 года в Вене.

Милан Обренович на смертном одре

Известны слова Милана, сказанные им после пресловутой женитьбы его сына: 

«Саша, мой сын, — это чудовище в человеческом обличии. Я все терпел, даже когда он попал в лапы этой падшей женщины, а теперь точно знаю, что он пропал. Министры и наместники отвернулись от него, все это — дело рук Машинки. Боже, что за позор для Сербии. Женщина, которая отдавалась любому за 10 франков, теперь королева Сербии». 

Обеспокоил этот брак обеспокоил и правящие круги. Как доносил заведующий балканским отделом российского департамента полиции А. И. Будзилович, после смерти первого сербского короля австрийское правительство предложило бывшей любовнице короля Артемизии Христич переехать из Константинополя в Вену, «дабы завладеть всеми подлинными и фотографированными письмами Милана». 

«Кроме того, имеет в виду предложить Артемизии 400 тыс. франков как материальное обеспечение ее сына, происходящего от короля Милана, возвести его в графский титул, воспитать и образовать на средства австрийского правительства и в будущем выставить его наследником сербского престола. Не сомневаюсь, что эти происки Австрии в будущем могут создать для Сербии некоторые осложения, тем более что Австрия может встретить поддержку в своих подпольных происках в среде сторонников короля Милана, проживающих в Сербии, которые, несмотря на смерть последнего, остаются солидарными со стремлениями Австрии», — писал Будзилович.

Не принял Александра и Драгу и официальный Петербург. Хотя Николай II и согласился стать кумом молодых, своего представителя он так и не прислал. Весной 1901 года предполагался визит Александра и Драги в Санкт-Петербург. Однако эта поездка неоднократно откладывалась и, в конце концов, сербская королевская чета так и не была принята российским императорским двором.

Король Александр и Драга Машин

На этом фоне 26 августа 1900 года в газете «Српске новине» было напечатано официальное сообщение о беременности Драги. В середине апреля 1901 года в Белград прибыли французский доктор Коле и известный русский врач-гинеколог Владимир Федорович Снегирев, приглашенный по настоянию российского посланника Николая Валерьевича Чарыкова. В то же время королева Наталья известила русское правительство о неспособности Драги иметь детей. Проведенный Снегиревым врачебный осмотр подтвердил слова Натальи. Одновременно стало известно, что старшая сестра королевы Христина также ждет ребенка. 

После осуществления переворота, в июле 1903 года, бывший сербский премьер Владан Джорджевич напечатал в австрийских газетах обширную статью «Последний Обренович», в которой указал, что, получив известие о вымышленной беременности Драги, король вызвал министра внутренних дел и «самым серьезным тоном» приказал ему арестовать Снегирева, а жандармам «отхлестать его».

Владимир Федорович Снегирев

В Белграде поползли слухи о возможной подмене младенцев, усиливавшиеся сообщениями о том, что у Александра, видимо, под влиянием королевы якобы возникла мысль назначить наследником сербского престола ее брата Никодима Луневица. В свою очередь, российский дипломатический агент Чарыков, резюмировал, что король  — «капризный и властолюбивый мальчик, который сам не знает сегодня, что он будет делать завтра».  

На этом фоне усиливался и политический кризис, сопровождавшийся частыми сменами кабинетов министров. Владан Джорджевич отметил, что за время правления короля Александра были сформированы «министерства первого государственного переворота, кабинет второго низвержения конституции, кабинет третьего нарушения королем своей присяги; затем “обручальное”, “свадебное” и “акушерское министерство”». 

6 апреля 1901 года Александр провозгласил новую конституцию, а в январе 1903 года, в нарушение законодательства, распустил скупщину. Чарыков, анализируя произошедшие события, сделал вполне определенные выводы: 

«Король отделался от неугодных ему сенаторов и членов Державного совета, в большинстве — радикалов, избавился от скупщины, в большинстве — радикальной, избавился от судей, судивших не по указаниям администрации, а по закону, избавился от печати, критиковавшей его распоряжения, и, наконец, избавился от избирательного закона, который через тайную подачу голосов давал возможность избирателям не повиноваться правительственным указаниям». 

23 марта 1903 года в Белграде прошли массовые молодежные антиправительственные демонстрации, закончившиеся кровавым столкновением с полицией. Казалось, что повод для выступления был незначителен: молодежь протестовала против намерения полиции начать вклеивать в их легитимации фотографические карточки. Однако эта манифестация так напугала Александра Обреновича, что он отдал приказ стрелять по демонстрантам. Было арестовано 119 человек, в основном, студентов и гимназистов. 

«После той ночи весь Белград встал против ненавистной власти, пошли слухи о заговоре против королевской четы и существующего режима», — писал известный журналист Д. Васич. 

Король Александр на несколько часов приостановил действие Конституции с тем, чтобы издать ряд антиконституционных актов, отменить законы о печати, собраниях, выборах. 

Участь правящей династии была практически решена. Причем незадолго до переворота на королеву обрушилась сербская печать. В аналитическом обзоре сербской прессы российского МИДа указывалось, что «все общественные бедствия приписываются ее личному зловредному влиянию», что порождало новые, самые нелепые слухи. Так, например, газета «Застава» отмечала, что Драга «по слухам получила из Вены из тайного фонда “на восточные дела” 2 миллиона гульденов. За эти деньги она будто бы обязалась влиять на короля, чтобы он постоянно держал Сербию в состоянии полного расстройства».  

Драга Машин

Все эти обстоятельства еще больше роняли монарший авторитет Александра. Та же газета «Застава» прямо писала в апреле 1903 года: 

«Нет никаких оснований во всех бедах, постигших Сербию, винить одну королеву Драгу. Чем она виновата, что король не имеет твердой воли? Вся беда Сербии не в женщинах, а в слабых, трусливых и малодушных мужчинах». 

Кстати, уже после осуществления переворота 29 мая, в интервью загребской газете «Сербобран» лидер Радикальной партии Никола Пашич прямо заявил, что главная причина переворота – женитьба короля. 

«Он избрал себе супругу, у которой было гораздо более честолюбия, чем чести. Со времени женитьбы пропали последние следы уважения, которыми окружен был король и двор». 

29 мая 1903 года наступила ожидаемая кровавая развязка.

Продолжение следует