Вчера я впервые сходила на ольфакторную прогулку — и теперь подозреваю, что обычные экскурсии для меня слегка испорчены. Раньше я думала, что деревья существуют примерно для трёх вещей: создавать тень, красиво выглядеть на фотографиях и иногда быть обнятыми особо чувствительными людьми. Но оказалось, что их ещё можно нюхать. И после прогулки, где тебе предлагают «послушать» кипарис, обсудить запах магнолии и сравнить дуб с винной бочкой, формат «посмотрите направо, это дерево» воспринимается уже как-то бедновато.
Если по-простому, ольфакторная прогулка — это экскурсия, где ты не только смотришь на растения, но и нюхаешь их. Мы ходили по парку, трогали листья, слушали истории про деревья и сравнивали, как пахнет настоящее растение и как этот запах потом используют в духах. Сначала всё это звучало немного странно, но уже через десять минут все вокруг с очень серьёзным видом нюхали кору, цветы и бумажки с парфюмом.
Мы гуляли по Дунавскому парку в Нови-Саде и останавливались у разных деревьев и растений. Девушки-организаторы Аня и Ирина рассказывали, как они растут, как из них получают эфирные масла и почему один и тот же запах у разных людей вызывает совершенно разные ассоциации. Потом давали нюхать эфирное масло соответствующего растения, а затем и блоттеры — бумажные полоски, на которые наносили духи, в «пирамиде» которых есть этот ингредиент.
Начали с болотного кипариса. Оказалось, что это очень древнее дерево, причём хвойное, но листопадное — редкое сочетание.
«У эфирного масла кипариса аромат хвойный, бальзамический, но если сравнивать с сосной — более чистый и сухой, без тяжёлой смолистости», — объясняли ведущие.
Пока мы трогали кору и рассматривали выступившую смолу, выяснилось, что кипарис в Нови-Саде вообще редкость. Несколько десятков деревьев — и всё.
— То есть их сюда завезли? — спросила я.
— Да, конечно. Сами по себе они здесь не распространяются. Просто растут. Причём это очень древние растения. На стволах иногда выступает смола — настоящая, пахучая. Осенью кипарисы красиво рыжеют, становятся почти огненными, а потом сбрасывают хвою.
Чтобы «послушать», как звучит кипарис в духах, мы распылили на бумажки парфюм «Above the Waves» от Etat Libre d’Orange. Раньше такие духи приходилось заказывать из-за границы, но с тех пор, как в Нови-Саде открылся Metropolitan, всё это можно спокойно нюхать там. Настоящий подарок для новисадских «парфманьячек».
Уверена, такие девушки есть везде — и везде они проводят регулярные встречи: отливают друг другу духи, «пробуют» новые запахи, меняются ими — почти как филателисты. Иногда на встречи «парфклуба» заходят и сербы — не только женщины, но и мужчины. К моему удивлению, среди них оказалось довольно много людей, прекрасно разбирающихся в ароматах. И на нашей ольфакторной экскурсии тоже был один мужчина!
Кстати, я заметила, что сербки не жалеют духов, когда поливают ими себя. У них почти нет этого русского: «А что обо мне подумают люди в автобусе?» В нашей культуре как будто вообще не принято «громко пахнуть». Считается важным не вторгаться в чужое пространство ароматом. Но у сербов всё иначе. Тут можно и нужно хорошо пахнуть.
Но оказалось, что некоторые духи созданы не для того, чтобы их «носить» в помещении, а чтобы распылять их перед прогулкой — например, в лесу или в парке.
«Ароматы любят пространство и воздух. В закрытом помещении они могут звучать слишком резко, а вот на прогулке раскрываются идеально», — рассказали наши экскурсоводы.
Потом были магнолии.
Магнолии, как я поняла, тоже очень древние растения. Они появились ещё тогда, когда не существовало пчёл. Их опыляли жуки. И, что удивительно, жуки до сих пор остаются одними из главных опылителей.
Некоторые виды магнолий даже используют в еде. Бутоны маринуют, лепестки добавляют в блюда. У них слегка имбирный вкус.
«Аромат магнолии считается одним из самых нежных цветочных запахов. В нём одновременно есть кремовость, лёгкая мыльность, цитрусовые и фруктовые оттенки», — рассказала Анна.
Натуральное масло магнолии очень дорогое: пять миллилитров могут стоить 200–300 евро. Поэтому чаще всего парфюмеры собирают «аккорд магнолии» из других компонентов.
И тут началось самое интересное. Выяснилось, что никакого «объективного запаха» не существует. Для кого-то магнолия пахла дорогим кремом, для кого-то — свежим бельём, а одна девушка сказала, что ей этот запах напоминает «очень богатую женщину в белом пальто». Это, пожалуй, была лучшая парфюмерная рецензия вечера.
Вообще вся прогулка постепенно превращалась в доказательство того, насколько запахи связаны с памятью. Не зря организаторы вспоминали «феномен Пруста» — тот самый эффект, когда случайный аромат внезапно вытаскивает из памяти целую сцену из прошлого.
У дубов разговор неожиданно ушёл в сторону вина и сербской парфюмерии. Один из ароматов — «Baint Baloak» — сравнили с дубовой бочкой, в которой выдерживали красное вино: древесный, немного алкогольный, с ягодными оттенками.
А возле розмарина выяснилось, что в Сербии его используют не только как приправу. Веточки розмарина здесь традиционно прикалывают к одежде на свадьбах и праздниках — как символ памяти и добрых пожеланий.
Лаванда, как и положено лаванде, вызвала споры. Для одних это «спокойствие и спа», для других — «пена для бритья из девяностых». Организаторы только смеялись: мол, так и должно быть. Они дали нам понюхать духи сербского бренда A Botanical Philosophy — «Lavender Spray». Меня этот запах моментально отправил в детство: мама любила прятать бутылёк с лавандовым маслом между подушками и пододеяльниками. Очень близко к настоящей, живой лаванде.
Аня и Ирина рассказали про бренд: оказалось, вся его продукция создаётся из органических ингредиентов, а главным компонентом выступает лаванда, выращенная на собственных эко-плантациях на юге Сербии — недалеко от Белой Паланки, которую иногда называют «сербским Провансом».
Ольфакторная прогулка вообще оказалась не столько про духи, сколько про внимание. Про способность остановиться и заметить, что мир вокруг пахнет не «просто деревьями», а сотнями оттенков — влажной корой, смолой, цветами, нагретыми листьями и травой после солнца.
Вот я, например, никогда не знала, что в Дунавском парке растёт сирень. А она там, оказывается, была.
И тут нас ждал настоящий парфюмерный парадокс. Выяснилось, что настоящее эфирное масло сирени получить практически невозможно. Поэтому «запах сирени» в духах — это искусственно собранная синтетическая формула.
«Когда человек говорит: “Пахнет настоящей сиренью”, — чаще всего он восхищается работой химиков», — заметили ведущие.
И после этой фразы почему-то стало немного легче относиться ко всей жизни. Потому что, возможно, половина вещей, которые мы считаем «настоящими», — тоже просто очень талантливо собранные ассоциации.
Источник:https://t.me/plantwatchingNS/67