Модельер Тито. Серб, отказавший дому Dior: история успеха первого югославского кутюрье, одевавшего Йованку Броз

Судьбы выдающихся личностей – всегда удивительное стечение таланта или гениальности, результатов титанического труда и щепотки удачи. Хочется читать их жизнь, как книгу. Один из них Александр Йоксимович. Имя этого дизайнера выткано золотыми нитями на полотнах истории мировой моды. О его невероятном пути из бедной семьи к блистающим подиумам всего мира расскажем в нашем материале.

Свой головокружительный путь из многодетной семьи косовских сербов, где все девочки умели шить и вязать, он начал со школы искусств, а затем принял участие в одном из конкурсов, куда послал свои наброски одежды. Его работы заметила член жюри, супруга Иво Андрича, Милица Бабич-Андрич и уже через 15 дней модели Йоксимовича уже появились на выставке в Загребе на стенде «Семья и домашнее хозяйство». Йоксимович получил все три – золотую, серебряную и бронзовую – медали на том конкурсе.

В послевоенное время одежда была утилитарной, функциональной, и об эстетике речи не шло. Йоксимович, как его впоследствии называли «король ножниц», разрушил этот мрачный подход в своей же первой коллекции школьной формы, которую разрабатывали и шили в югославской компании «Энерготекстиль». Оказалось, что одежда на каждый день может быть красивой! Вместо чёрной формы он сшил темно-синюю и украсил необычными фартуками.

Затем довольно быстро его перевели в отдел экспорта и дали задание разрабатывать модели, которые можно было продавать во всем мире: мода могла быть и стала «мягкой силой».

Молодого дизайнера буквально разрывали на части. Параллельно с «Энерготекстилем» он работал над наполнением Национального салона при институте, занимавшемся сохранением и стилизацией традиционального костюма в современном гардеробе, где проходили модные показы с участием мировых брендов. Сюда приезжали редакторы глянцевых журналов, политики, звёзды кино, и, конечно же, кутюрье. Здесь заключались сделки, открывались двери перед новыми именами, тут кипела, словно шампанское, индустрия моды со всего света.

Йоксимович обожал рисовать(помимо того, что ему приходилось делать технические наброски) и сегодня эти бесценные рисунки Йоксимовича хранятся в Музее прикладного искусства. Среди них два портрета самого кутюрье: один нарисовал Слава Зайцев, второй Момо Капор.

Александр Йоксимович для коллекций haute couture вдохновлялся богатой сербской историей, фресками, витражами в православных и католических храмах, этническими мотивами, искусно переносил эти идеи сначала на наброски, а затем на ткани, из которых создавал свои шедевры. В условиях безликого социализма он создавал моду в национальном, традициональном стиле, и это всем нравилось.

Его коллекция haute couture «Симонида», названная в честь сербской средневековой королевы, вышла в 1967 году. В этих платьях переплетались мотивы византийской одежды и фресок из монастырей Грачаница и Дечани. Йоксимович два года готовил эту коллекцию, объезжая монастыри и церкви, изучая историю сербской царицы, а во время создавания набросков слушал церковные песнопения.

Говорят, что перед показами он сажал своих манекенщиц на жёсткую диету, состояющую из воды и солонины, считал, что замужество неизбежно «налипает» на бедрах моделей. Его любимой моделью была Тамара Бакич, которой он в 20 лет открыл весь мир. В её день рождения во время празднования в одном из ресторанов Скадарлии он заказал море белых цветов, которых было так много, что их привезли в вёдрах, и этот случай вошёл в историю богемного квартала. А в другой раз выпил шампанское из её туфельки.

Коллекция «Симонида» была показана в Москве на Международной неделе моды вместе с творениями домов Chanel, Dior, Pierre Cardin(600 участников со всего мира) и покорила московскую и иностранную публику. Жюри присудило единственную награду именно Йоксимовичу. Именем Йоксимовича пестрели модные журналы всего мира, а в Югославии женщины носили портнихам фотографии из коллекции и шили копии. Оригинальные модели были, конечно же, практически недоступны.

Его заметила супруга Тито Йованка Броз и пригласила к разработке нарядов для своего повседнего и торжественного гардероба. Йоксимович создавал ей одежду для коллекций весна-лето и осень-зима по её лекалам. В нарядах по его выбору она появлялась на встречах иностранных делегаций, на приемах, праздничных мероприятиях. Как вспоминал сам кутюрье, особенно любила она черную каракулевую шубу с белым воротником.
И именно платье Йоксимовича из коллекции «Птицы» в технике пэчворк 1972 года она надела во время визита к британской королеве Елизавете II. Александр Йоксимович считал её женщиной с очень хорошо сложенной фигурой, на которую отлично садились платья, даже несмотря на полноту.

Александр Йоксимович создал много коллекций, но одной из главных после «Симониды» стала
«Проклятая Ерина», вдохновлённая историей сербской правительницы, чья жизнь была полна войн и окружена тайнами. Её показали в Париже в 1969 году и она тоже имела оглушительный успех. Коллекцию демонстрировали по национальному телевидению, о ней писал весь мировой глянец.

Александр Йоксимович получил приглашение посетить модный дом Dior. Ему показали, как устроена эта компания, швейные цеха, склады тканей и мехов, лекала и портновские манекены по меркам известных личностей, на которых здесь шили одежду(среди них и уже знакомый роскошный бюст с подписью «Мадам Тито»), охраняемые сейфы с драгоценностями. И предложили перейти в Dior. А он отказался, заявив, что всё это у него уже есть дома. И у него действительно всё было.

Во время распада Югославии Александр Йоксимович творил тихо. Кого интересуют тряпки, когда разваливается страна, говорил он. Он ушёл в эпидемию ковида, до последнего сохраняя элегантность. Его муза Тамара Бакич умерла несколькими месяцами позднее.

Фото: mpu.rs, žena.blic.rs, соцсети.