На первый взгляд, Румыния и Болгария могут произвести впечатление образцовых политических союзников: члены НАТО, соседи по парте в Брюсселе, участники амбициозной черноморской инициативы «Трёх морей». И всё же, спустя десятилетия европейской интеграции, Дунай, который мог бы служить мостом дружбы, остаётся глубинной психологической границей для граждан обеих стран. Объяснения этому разделению кроятся в многовековом культурном, политическом и порой конфликтном взаимодействии, которое при этом привело к установлению довольно тесного стратегического партнёрства в настоящее время.
Существует мнение, что Болгария сыграла роль культурного проводника для румын. Христианство проникало на румынские земли в том числе и через южного соседа, принявшего его в 865 году. Кириллическая письменность, принесённая духовниками, оставалась в употреблении в Румынии вплоть до Малого объединения Дунайских княжеств в середине ХIХ века.
Основы сегодняшнего парадокса болгаро-румынских отношений закладывались в процессе формирования современных наций. Национальные идеи соседей по разные стороны Дуная развивались в условиях соревновательности. Болгарское возрождение (XVIII-XIX вв.) делало акцент на политической мощи средневекового болгарского государства, а также на славянском характере нации. Румынская внутренняя языковая и культурная политика латинизации, в свою очередь, и вовсе переросла в националистический дискурс, основанный на идее латинского происхождения и культурной преемственности от Рима.
Следует отметить и то, что в некоторых современных исследованиях отмечается, что Румыния сыграла существенную роль в становлении современной Болгарии. На румынской территории действовали лидеры болгарского национального возрождения Васил Левски, Христо Ботев, Любен Каравелов и Георги Раковски. Первая книга на новоболгарском языке была напечатана в Рымнику-Вылче (1806 г.), первый болгарский букварь — в Брашове (1824 г.). В Русско-турецкой войне 1877-1878 гг. Румыния, сражаясь за собственную независимость, внесла вклад в освобождение Болгарии. В такой интерпретации данные события навсегда остались в румынской общественной памяти.
Яблоком раздора между государствами стал территориальный спор о печально известной Добрудже, на многие десятилетия задавший тональность болгаро-румынским отношений. По итогам русско-турецкой войны 1877-78 годов Румыния получила международное признание своей независимости. В соответствии с Сан-Стефанским мирным договором Россия возвращала себе Южную Бессарабию, утраченную после Крымской войны. В качестве компенсации для Румынии российская дипломатия добилась от Османской империи передачи ей Добруджи и дельты Дуная, что обеспечило Бухаресту выход к Чёрному морю. Решение, закреплённое Берлинским конгрессом в 1878 г., стало вечно открытой раной для Болгарии и Румынии. Как ни парадоксально, но усилия по заселению Добруджи румынами привели к скромному результату: даже спустя десятилетия они составляли менее трети населения — всего 31%. При этом совокупная доля тюркоязычного населения (татар и турок) достигала 34%, болгар — 17%. За ними следовали липоване (6%), греки (2,8%) и немцы (1,7%).
Дальнейшие конфликты — Вторая Балканская война (1913 г.) и Первая мировая война, в которых страны оказались по разные стороны баррикад, лишь углубили раскол. Политика румынизации, экспроприации земель и закрытия болгарских школ превратила регион в постоянный источник напряжённости.
В межвоенный период болгарская элита продвигала идею «Великой Болгарии», концептуально очевидно конкурирующей с аналогичной «Великой Румынией». Обратный процесс произошёл во время Второй мировой войны, когда по Договору в Крайове (1940 г.) Южная Добруджа была возвращена Болгарии, что сопровождалось принудительным обменом населения.
Сегодня Румыния и Болгария — союзники по НАТО и члены Европейского Союза. Их представители сотрудничают в Брюсселе, согласовывают позиции по вопросам национальной безопасности, преследуют схожие европейские цели, направленные на достижение стабильности и экономического развития. Однако «горизонтальное» взаимодействие по линии торговли далеки от своего потенциала, культурные связи довольно эпизодичны, несмотря на то что в общественно-политическом дискурсе отношения стран стабильно характеризуются как добрососедские.
Наиболее символичным в связи с этим видится пример долгого строительства моста между Калафатом и Видином. (Прим авт. Со стройкой в Румынии исторически сложно. В 2025 году учения НАТО в Румынии переносились из-за неудовлетворительного состояния дорожной инфраструктуры). Идея строительства моста обсуждалась ещё в 1909 году, однако не получила единодушной поддержки. Первый, и на тот момент единственный, мост Русе — Джурджу был построен в 1954 году. Второй — как раз между Калафатом и Видином. Примечательно, что мост был построен для того, чтобы соединить два самых бедных региона в Европе и создать условия для их дальнейшего экономического развития. При этом утверждать, что он успешно справляется с поставленной задачей, довольно трудно.
Несмотря на различия, у Софии и Бухареста появились важные зоны сближения. Прежде всего, в энергетике. Болгария и Румыния развивают «Вертикальный коридор» поставки газа с юга на север. Оба государства стремятся к снижению зависимости от российских энергоресурсов и диверсификации поставок: Болгария — через интерконнекторы, Румыния — за счёт добычи на шельфе Чёрного моря и расширения АЭС Чернаводэ. В области обороны — общее участие в программах НАТО и совместные учения в Черноморском регионе.
В 1992 году был подписан договор о дружбе, сотрудничестве и добрососедстве между Румынией и Республикой Болгария. Документ стал основой двусторонних отношений, которые в 2023 году развились до официального стратегического партнёрства. В 2024 году Болгария, Греция и Румыния договорились о военной координации, предполагающей создание «коридора НАТО» от греческих портов до Румынии, усиливая позиции альянса на юго-восточном фланге.
В целом, можно говорить о качественном переходе в стратегическом партнёрстве стран. Видится, что периодически вспыхивающие локальные споры, как, например, дипломатический скандал в 2019 году, когда болгарский премьер обвинил румынских туристов в распространении африканской чумы свиней, не повлияют на прагматизм обеих стран в этой области. Вопрос глубинного «братства» народов остаётся открытым и, вероятно, будет развиваться в долгосрочной перспективе.