Мы уже писали о том, что в конце 1950-х Болгария вступила в литературно-кинематографическое противостояние с американской «бондианой». И о Богомиле Райнове, создавшем литературный образ «болгарского Бонда» Эмиля Боева. А теперь расскажем об актёре, воплотившем сей образ на экране. Звали его Коста Цонев (1929-2012).
Но прежде отвлечёмся и скажем, что большинство экранных разведчиков из СССР или из стран «народной демократии» в те времена походили друг на друга, как матрёшки, благодаря целому набору штампов. Если говорить о кино, то «сверхзадача» тут ставилась следующая: они обязаны были соответствовать максиме Ф. Дзержинского о том, что «у чекиста должны быть чистые руки, горячее сердце и холодная голова». Помнится, в одной из многочисленных бездарных лент, посвящённым «бойцам невидимого фронта», имелась даже песня на сию тему.
Написал её не кто-нибудь, а знаменитые поэт Е. Долматовский и композитор В. Мурадели. Исполнял И. Кобзон. Называлась она «Песня дзержинца» и звучала в полнометражке
«Сокровища республики» (1964):
Наша наука открыта храбрым и честным
Помни, дзержинец, эти слова,
Что у солдат революции
Чистые руки, горячее сердце, холодная голова!
Конечно, ни о каких зверствах чекистов в данном опусе не было ни слова. Но зато был ориентир для исполнителей подобных ролей. А именно: «кристальная» безупречность, пылкость в защите своих «идеалов», стальные нервы и рассудительность. Сюда можно также присовокупить прямой строгий взгляд, поседевшие от постоянного внутреннего напряжения виски, великолепную выправку, тренированность, умение отлично стрелять и драться, воспитанность, рыцарство по отношению к женщинам, соблюдение законности и вежливости по отношению к врагам, верность жёнам и т.п. Как в мультике «Приключения Васи Куролесова» (майор Пронин). Или как в песне у Владимира Высоцкого «Пародия на плохой детектив»:
…Враг не ведал, дурачина,
Тот, кому всё поручил он,
Был чекист, майор разведки и прекрасный семьянин!
Подобных плохих детективов, повторимся, и в советском, и в «народно-демократическом» кино была масса. Низкопробной агитпроповской продукцией долгое время заполонялись и экраны социалистического лагеря. И вдруг на этом фоне в Болгарии выходит картина «Господин Никто» (1969; автор сценария Б. Райнов, режиссёр И. Терзиев). И сразу производит настоящий фурор. В первую очередь тем, что по стилистике разительно отличается от большинства поделок, снятых в разведывательно-приключенческом жанре.
Время действия — 1960-е. По сюжету, болгарский диссидент, он же — разведчик Эмиль Боев бежит из социалистической Болгарии в «свободный мир». Ему предстоят долгие проверки и другие мытарства. Однако всё же ему удаётся войти в круги болгарской эмиграции в Европе, связанной с западными спецслужбами. И там он, рискуя жизнью, балансирует между местной разведкой, контрразведкой, резидентом ЦРУ и шефами эмигрантского центра, враждующими между собой. Тем не менее Боеву удаётся выполнить задание своего начальства, ликвидировать шпионское логово и предотвратить диверсию в Софии, связанную с отравлением питьевой воды…
После данного фильма Эмиль Боев сделался олицетворением обаятельного и интеллектуального «социалистического Джеймса Бонда». В одном из отзывов на картину говорилось, что, несмотря на «великолепие первоисточника» – романа Райнова, Боев для читателей оставался «туманным и без определённых черт». И лишь Коста Цонев придал ему эти черты:
«Внешность главного героя сразу определилась, она стала внешностью актёра Косты Цонева… Цонев ярко показал работу разведчика как пребывание в небывалой опасности, требующей виртуозности, нервов и ежеминутного напряжения. И — острого одиночества. Образ «господина Никто» с внешностью и фактурой актёра приобрёл человеческое лицо и живой характер. Цонев в роли Боева сыграл человека контрастов: мужественный и нежный, безжалостный и чувствительный, решительный и осторожный, педант, но с широким размахом души, тонкий интеллектуал и мудрый философ, космополит и в то же время патриот своей родины…»
Эпитетов много. Но по прошествии времени, когда вновь пересматриваешь картину, ловишь себя на мысли, что некоторые из них чересчур восторженные. На мой взгляд, в фильме немало цинизма. Да, он подаётся как внешняя оболочка главного героя, вроде как вынужденного вести себя цинично, чтобы стать своим в мире «наживы и капитала». Однако, думается, можно было обойтись без этого перебора. Присутствует также и кощунство, что совсем неприятно. Самая главная черта Боева в картине – его спокойствие, «как у удава. Ходит, ездит, выведывает секреты, блудит, скрывается от погонь. И всё без тени волнения на лице, без дрожания хотя бы единого мускула, с вечной сигареткой в углу рта. Действительно, ну чем не Джеймс Бонд? Но всё-таки наш Исаев-Штирлиц автору этих строк более симпатичен. Ибо более морален. Штирлиц, к примеру, как мы помним, «больше всего на свете любил стариков и детей». И не крутил романов с Габи и прочими немками, оставаясь верным своей далёкой супруге. А Боев блудил направо и налево. Может, это более соответствовало жизненной правде, но правда искусства не всегда ей равна, как ещё Горький подмечал. Впрочем, не будем придираться.
После «Господина Никто» последовал ещё ряд продолжений с участием Цонева. Однако они и на десятую долю не дотягивали до первой экранизации романа Райнова. И замечательный артист там часто выглядит как участник дешёвого шпионского шапито. Хотя его драматический талант был очень высокой пробы. Это заметно, в частности, по сериалу «Дом для наших детей» (1987), где Цонев играет главу большого семейства Христо Алданова. В их «ячейке общества» нет покоя. Поколения разные, взгляды на жизнь разные, в процессе жизненных перипетий родственники всё больше отдаляются друг от друга… Очень впечатляющая социальная драма, к сожалению, не переведённая на русский язык.
В активе К. Цонева – более 200 фильмов, снятых, в основном, в Болгарии. Но он играл и в СССР. Можно упомянуть ленты «В поисках капитана Гранта» (реж. С. Говорухин, 1985) и «Парижская драма» (реж. Н. Мащенко, 1983). Цонев был актёром универсальным и мог воплощать совершенно противоположные типажи. В «Поисках» он исполнил роль французского издателя Этцеля, а в «Драме» — изобразил финансового воротилу Гаррета, убивающего свою любовницу. Значительными эти роли, увы, назвать нельзя. Особенно в последней ленте, носившей отпечаток стиля режиссёра, который поднаторел на создании напыщенных коммунистических агиток типа «Как закалялась сталь». Посему даже блистательный Цонев не смог там преодолеть соцреалистические рамки. Впрочем, «проходные» роли у него, как и у всякого востребованного мастера, встречались и в других постановках…
Тем не менее Коста Димитров Цонев вошёл в анналы кино как выдающийся болгарский актёр. Имел звания народного артиста НРБ и лауреата Димитровской премии, а также кавалера ордена «Стара Планина» первой степени – высшей государственной награды Болгарии.
После его смерти в 2012-м премьер-министр Б. Борисов направил такие соболезнования его родным: «Он жил достойно и духовно, отстаивал свои позиции как актер, творец, общественный деятель, но, прежде всего, как человек, и оставался верен себе и своим друзьям. Уверен, что память о нём будет жить в десятках сыгранных им ролей в кино и театре, которыми он прикасался к нашему сердцу…»